«Нам надоело лицемерие США и их прихвостней. Говорят одно, делают другое. Свобода бизнеса — на словах. А на деле утопили два наших судна с товарами военного назначения. Прадед Моргана был пиратом, потомок, один из нынешних правителей США, продолжает в том же духе. Сами используют ЧВК в каждой горячей точке планеты, а на наши ЧВК в Ираке спустили всех газетных и телевизионных собак. Сами взорвали свои здания, а обвиняют Ирак, хотят забрать их нефть. Достойные последователи Геббельса и Гитлера. Мы не можем без боли в душе смотреть, как попирают общечеловеческие ценности: убивают иракских детей бомбами. Нас поддержали другие благородные силы: курды решили отстоять свою и иракскую свободу, выделили ополчение, забыли обиды врага иракского народа, Саддама Хусейна; братский Иран забыл былые споры, пролитую кровь, выделил технику и специалистов в помощь осаждённому врагами Ираку. Мы не можем остаться равнодушными к просьбам мирных жителей Ирака и наглости мирового агрессора, поэтому дарим Ираку четыре боевых корабля: «Гебен-1», «Гебен-2», «Бреслау-1», «Бреслау-2».»
— Говорите, подняли флаги Ирака и задекларировали подчинённость правительству Ирака? Ну-ну… Подчиняться они вряд ли будут, а вот что они будут точно — это сражаться с нами.
— Они что, серьёзно рассчитывают, что эти четыре небольших крейсера остановят нашу армаду?
— Могут опять сыграть в ядерное обнуление.
— Нет, тут что-то другое. Если бы хотели, то вместо «Савицкого» взорвали бы ядерный фугас или торпеду. Их иранская база рядом.
— Эти «Гебены» шли из Николаева. По нашим данным, их только что спешно перевооружили новыми ракетами.
— Что будем делать? Нужно с русскими кончать. Они гадят слишком серьёзно, подрывают наш авторитет.
— Предлагаю включиться в игру. Считать эти корабли — иракскими, со всеми вытекающими последствиями. Х-хэ! Подарок народу Ирака от друзей! Х-хэ! Имеем возможность, относительно безопасно, проверить реальное соотношение сил. Уничтожим «подарки», добьём Ирак, а потом будем решать с Русью. Согласен с коллегой: дальше терпеть и идти на компромиссы — нельзя.
— Адмирал, господин, русские, которые стали иракцами, выстроились в Оманском заливе ближе к Ормузскому проливу. Мы сильно хотим с ними сближаться? У них наверняка есть противокорабельные ракеты.
— Да, вы правы, Бенсон, вызовите на связь оба авианосца.
10 целей вытянулись в равномерную, сильно разомкнутую цепь. Скорость их была экономичной: 0,7 маха. Вдруг, 1 центральная и 2 по краям начали стремительно отрываться от своих, сближаясь с американскими самолётами.
— Господин, это дерьмо, что на нас прёт, вообще непонятно что! Несколько меньше самолёта, но значительно больше противовоздушных ракет! Если же предположить что это — противокорабельные, то какого чёрта они залезли на 10 тысяч?!
— Сбейте эти три резвые, посмотрим как они горят!
ЗАР[3] шёл экономичным ходом в составе стаи, и вот, его час настал! Он сложил крылья, скорость стала подбираться к предельным 3,3 махам, заодно и высоту пришлось набрать до 25 км, тут летим по ракетному. Сближение с вражеской группой 140 км — стреляю пятёркой дальних РАВ-ов[4] и одним РОС-ом[5] без коррекции топлива. РОС на второй половине своего пути будет равномерно отстреливать ретрансляторы. А на первой половине это буду делать я. Таким образом, к началу контакта ракетного залпа с группой самолётов врага, туда будет проложен канал альтернативной связи. Задираю нос вверх под 45 градусов и уменьшаю тягу до минимума. Скорость быстро падает почти до нуля. Это мне и надо. Раскрываю крылья. Иначе сопротивление воздуха не позволит. Больше всего это похоже на раскрытие жёстких надкрыльев у жуков. Наверняка каждый в детстве садил на пальчик божью коровку и говорил: «Божья коровка, полети на небо, там твои детки, кушают конфетки». Доверчивая божья коровка, каждый раз на это покупаясь, разводит надкрылья в стороны и летит. ЗАР и принадлежит к ракетам типа «Божья коровка». В отличие от жучка, у нас выпускаются и нижние части крыльев. Они называются подкрылья. Как и верхние, они также отводятся в стороны. Потом верхняя и нижняя части смыкаются, ставятся на добрый десяток замков, в том числе, и на стороне фюзеляжа. В итоге, получаются крылья, по форме близкие к идеальным. Мы, «Божьи коровки», летаем по самолётному, экономично, когда нет угрозы боя, когда никуда не спешим. Любой боевой самолёт, пусть он будет даже 20-летним старьем, превзойдет нас в манёвренности. Правда, мы в этот момент не беззащитны, стрелять можем, а вот, уворачиваться нормально — нет. На этом режиме мы используем атмосферный воздух. А на ракетном режиме воздухозаборники закрываются и используется свой окислитель.
