— Почтение коровам, брахманам и всем, духовно просветленным! Как Вишну, носящий в руках диск, подчиняет демонов, так и Рама одержит блестящую победу в этом сражении с великанами! С этим и многими другими пожеланиями знаменитые риши и боги замерли в небесах, наблюдая за полчищем демонов, обреченных на смерть. Кхара на своей быстрой колеснице повел за собой свою армию, окруженный двенадцатью особенно доблестными воинами. Это были Каравиракша, Паруша, Калакармукха, Хемамалин, Махамалин, Сарпасья, Шьенгамин, Притхугрива, Ваджнашатру, Вихангама, Дирджая, Крудхирашана. За Душаной следовали преданные Махакапала, Стхулакша, Праматха и Триширас. Как планеты тянутся к солнцу и луне, так и громадная армия демонов, жаждущих сражения, всей своей силой набросилась на двух царевичей.
Могущественный Кхара приближался к хижине Рамы, и двое царевичей заметили зловещие предзнаменования. Рама взволнованно сказал Лакшмане:
— О могучерукий, это неблагоприятные признаки, сулящие страх всему живому, говорят о гибели тысяч демонов. На небе появились серые, как шкуры ослов, облака, проливая кровавые дожди в смертельной агонии. Взгляни, о Лакшмана, мои стрелы дымятся, будто радуются предстоящей битве, а лук, отделанный золотом жаждет действия. Мне кажется, крики диких птиц, которыми полон лес, предвещают опасность, жизнь наших врагов на исходе. Несомненно, скоро вспыхнет великая битва, судорога свела мне левую руку! О герой, победа на нашей стороне, великанам не избежать поражения. Лицо твое сияет и ликует, о Лакшмана! Воины, вступающие в битву с унылыми лицами, обречены. Я слышу рев тех злобных великанов и звуки их барабанов. Благоразумный человек, завоевывающий удачу, во избежание поражения вооружается заранее. Поэтому принеси мой лук и стрелы и, взяв Ситу, отправляйся в горную пещеру, сокрытую деревьями и недоступную. О Лакшмана, не возражай, но, поклявшись быть послушным, иди, о друг, безотлагательно. Ты могуществен и можешь справиться со всеми этими демонами, но я желаю один убить этих ночных бродяг. Лакшмана, захватив с собой лук и стрелы, увел Ситу в неприступную пещеру. Лишь только они скрылись из виду, Рама, радуясь смирению брата, надел кольчугу. В доспехах, сияющих, как огонь, Рама напоминал могучее пламя, озарившее тьму. Герой этот выпрямился, взял в руки лук и стрелы и натянул тетиву, звон которой эхо разнесло по четырем сторонам света. Боги, сиддхи, чараны и гандхарвы собрались посмотреть на сражение, и великодушные риши стали говорить меж собой:
— Блага всем коровам и брахманам, пребывающим на земле! Пусть Рагхава победит потомков Поуластьи в битве! Пусть он будет победоносен, подобно Вишну, который своим диском повергает самых великих асуров! Сказав так, они переглянулись и добавили:
— Но как Рама в одиночку справится с четырнадцатью тысячами свирепых демонов? Раджариши и сиддхи, сидя в своих воздушных кораблях, с любопытством ожидали исхода сражения. Глядя на Раму в великолепных одеждах, который один стоял на поле боя, они волновались. Однако несравненный Рама, герой благородных деяний, казался самим Рудрой, великодушным и мстительным богом! Пока боги, гандхарвы и чараны беседовали, со всех сторон со страшным шумом к Раме подступила армия демонов, облаченных в кольчуги, с оружием и стягами знамен наперевес. С громкими воинскими криками подталкивая один другого, звеня тетивами и широко разверзнув рты, они кричали:
— Мы уничтожим врага! Этот устрашающий шум заполнил весь лес, вселяя ужас в сердца его обитателей, которые разбегались во все стороны, не смея оглянуться. Армия демонов, подобная бушующему морю, размахивая всеми видами оружия, стремительно приближалась к Раме. Опытный воин, он посмотрел вокруг и, видя надвигающуюся армию Кхары, вышел навстречу. Он вытащил из колчана свои стрелы и, натянув устрашающий лук, издал пронзительный крик, предрекая исполинам смерть. Страшный в гневе, он напоминал огонь в час уничтожения мира, и, видя его, лесные боги изо всех сил бежали прочь. В гневе Рама походил на Господа Рудру с луком Пинакой в руках, жаждущего разрушить жертвоприношение Дакши. Со своими луками и копьями, колесницами и кольчугами, которые сверкали, как огонь, сонмы пожирателей человеческой плоти казались грядой черных облаков в предрассветный час.
