– Соскучилась по моему обществу? Что ж давно я тебя не…, – она усмехнулась, губы противно скривились.
– Я хочу знать, зачем все это?
Шармин замерла, будто не ожидала такого вопроса.
– Я не намерена отвечать, – заявила Термез, сверка глазами.
– Придется, – я скрестила руки на груди. Я не сдамся. Я многое прошла, и выдержать этот тяжелый разговор тоже смогу.
– Да кем ты себя возомнила!
– Ну конечно, до королевы школы мне далеко, – развела я руками, сохраняя спокойствие.– Но может, перестанешь хоть на одну секунду быть злобной стервой и ответишь на простой вопрос? Тогда, обещаю, я буду участвовать в твоих спектаклях по моему унижению.
Шармин таращилась на меня, будто я сказала эти слов на другом языке.
– Ты! Ты все отобрала у меня! Ты даже не представляешь, как я ненавижу тебя. Я могла стать лучшей на курсе, могла заполучить феникса. Я могла стать любимицей всей школы. Я достойна этого! Я! Поняла?! Это со мной он должен быть! Я лучше тебя, я сильнее тебя, и я не убивала…
– Замолчи! – закричала я, перебивая яростную тираду Термез.
– Ненавижу тебя! И молю Небесного, чтобы он поскорее забрал твою жалкую жизнь! – она плюнула мне под ноги и, развернувшись, скрылась в аллее. Я не стала её догонять. Я так хотела получить ответ, что не могла предположить, что услышу такое. Я почувствовала себя опустошенной. Каждое ее слово было глубоким ударом кинжалов в мое тело, и они застряли там. Я обняла себя за плечи, чувствуя, как вокруг стало невероятно холодно. Или это лед растекался внутри…
– Она сама не понимает, о чем говорит, – донесся голос у меня за спиной.
– И сколько ты стоял там? Услышал все что хотел?
Я повернулась к говорившему. Эти глаза я узнаю из тысячи. Эйден приблизился ко мне.
– Прости, это вышло случайно, – он пожал плечами, игнорируя мою ярость. От царившей внутри пустоты мне хотелось спалитть всю аллею.
– Уходи.
– Ты не станешь указывать мне, – спокойно произнес парень.
Внутри разбушевалась ярость, перемешиваясь с силой. Видимо Эйден увидел это и схватил меня за руки, которыми я собиралась сопротивляться. Он нежно прижал их к своей груди, несмотря на мои попытки его оттолкнуть и крепко обнял меня. Я билась в его руках, и кричала. Но он не отпускал. А потом я разрыдалась. От бессилия. От острых кровавых слов Шармин. От зияющей дыры внутри. Теплая широкая ладонь гладила меня по обнаженной спине.
– Этой ночью с неба упадет звезда. Такое случается раз в тысячелетие. Говорят, белый король так посылает нам весточку о том, что он все еще жив и оберегает нас. Я всегда первыми раскалывал книги легенд, рассыпая осколки из страниц по всей библиотеке. Но легенда этой ночи была особенная и её я не трогал. Мама часто читала её мне на ночь. А я читал ее брату. Мракор многое значит для меня, это праздник тех, кто способен заново рождаться. Сбрасывать маски.
Я слушала затаив дыхание. Эйден замолчал, разрывая объятья, посмотрел в мои глаза и большим пальцем стер слезы.
– Из всех людей здесь, лишь ты не носишь маску, – прошептал парень, – и поэтому тебе не нужно возрождаться. Ты уже живешь так, как мечтают многие.
Его слова проникли в самые дальние уголки моей души. Это были те иглы, которые могли залатать и склеить кусочки, что были разломаны.
– Шармин никогда не стать такой как ты. И это вынуждает её надевать маску. Она заслуживает жалости.
– Какую маску носишь ты?– робко прошептала я.
– Труса.
Я долго смотрела в его серебристые глаза. Я пыталась угадать, о чем он думает, и что хотел сказать мне, но так и не решался. Я боялась быть рядом с ним и одновременно отчаянно хотела этого.
– Сожги её, – прошептала я, утопая в грозовом море его глаз. В маске он казался мне еще невероятнее…
– Тогда я обрету то, что не смогу потерять. А если потеряю, не смогу жить.
Я вздрогнула от обреченности в его голосе. Я не решалась спросить, о чем он говорил. Мы услышали радостный гул и подняли голову к небу. Одинокая яркая звезда катилась по чистому небу, медленно, будто заглядывала в каждый уголок нашего мира. Мое сердце затрепетало. Эйден стоял рядом, держа руку на моей пояснице. Мы молча смотрели на небо. Я хотела запомнить этот хрупкий момент…
Звезда продолжала свой неспешный путь, пока не померкла. Я улыбнулась.
– Уверен, Лекс заскучал без нашей компании, – Эйден сменил тяжелую для нас тему и предложил руку.
– Мне кажется, он уже давно покинул праздник. И не один, – мы рассмеялись и направились к площади.
Внезапно послышались крики, музыка стихла. Мое сердце бешено заколотилось и мы побежали. Едва мы оказались у высокого дерева с белыми цветами, которое стояло в самой середине широкой поляны, я зажала рот рукой и схватилась за ствол, что бы не упасть. Я увидела Криса и Эспер, которых надели на высокий шест, будто кукол. Их руки, ноги и голова были пришиты к телам, огромными иглами. Вместо глаз кровавое месиво. На голой груди парня кровью было написано:
«Время уходит. Найди его»
