- Пообещай, что если Ран не сможет, то мы вдвоем отвезем ее хотя бы в столичный квартал с храмами, - не сдавался Олаф, - а лучше, позвони при мне. Я не хотел бы, чтобы икона пропала…
Том засунул вещи монахини обратно, и только завязав котомку, набрал номер Рана. Альфа ответил почти сразу. Увидев Тома, Ран улыбнулся и спросил, что произошло. Том сразу рассказал об иконе, о запахе и миро. Напомнил, что они собрались отвезти прах сестры Мари в монастырь, где монахиня начинала, и что икона сама торопит с поездкой. Олаф вмешался в разговор, подтвердив, что это не шутка и не дело оставлять мироточащую икону в углу комнаты, это оскорбление для его веры.
- Хорошо, - Ран задумался, - я договорюсь с Робертом Динлохом, чтобы он нас отвез на своем Гранатовом Драконе туда и обратно. Дай мне час, я перезвоню.
Пока Том уговорил встревоженного Олафа попить кофе, Ран действительно перезвонил. Он сказал, что они поедут в среду, и если Том хочет присоединиться, то пусть отпросится в училище. Олаф попросил разрешения присоединиться, и Ран сообщил, что приедет часам к девяти утра. На том и простились. Том все это время рассматривал Рана. Альфа выглядел уставшим и сосредоточенным, как на развалинах, хотя, возможно, это было из-за связи…
*
В среду Олаф вместе с Томом не торопясь завтракали, когда в домик зашел Ран. Он поздоровался со всеми и зашел в свою комнату, чтобы достать из сейфа прах сестры Мари. Олаф сам нес котомку монахини и предвкушал интересную прогулку. Машина Роберта уже поджидала на парковке, и он, стоя возле машины, помахал рукой, подзывая ближе. Машина сразу нырнула в транспортный поток, чтобы выехать за пределы мегаполиса.
Стоило оказаться за городскими кварталами, как Гранатовый Дракон мягко качнулся на антигравах и почти вертикально стартанул в небеса. Том, открыв рот, прилип к окну. Это было интереснее, чем на самолетах, и мягче, чем в транспортном модуле волонтеров. У Роберта был большой опыт подобных перелетов и он уверенно вел свою машинку. Хотя достаточно скоро смотреть в окно стало совсем неинтересно. Машина мчалась слишком высоко над Землей, и кроме туч и невнятных квадратиков поселений было совсем ничего не разобрать.
Том отлип от окна и только после этого прислушался к разговору. Олаф с азартом рассказывал о канонах веры. Например, на его планете было не слишком много христиан. У «рыбьих пастухов» было распространено язычество и поклонение старым богам, например, Посейдону. Олаф, размахивая руками, рассказывал о праздниках и обычаях. В его общине было много христиан, но это не мешало приносить рыбу в жертву Посейдону перед дальней дорогой или ответственным делом.
Том в это время рассматривал Рана. Тот на самом деле выглядел уставшим и каким-то «замороженным», по крайней мере, он не улыбался, как прежде и, казалось, о чем-то все время тяжело думал. Том сидел тихонечко в углу машины и старался не привлекать к себе внимания. Ему было достаточно сидеть рядом и слушать умных людей. Роберт тоже рассказывал что-то интересное, но Том его почти не слышал. Рассматривать ухо и скулу Рана было намного интереснее.
Вскоре Дракон начал спускаться, и Роберт стал расспрашивать Рана о побережье и где искать монастырь. Том опять прилип к окну. Ран командовал, куда лететь, и правда, вскоре показалось побережье и дорога, уходящая куда-то в горы. Машина Роберта рыкнула двигателем, опустилась с антигравов на колеса и вскоре интеллигентно порыкивала, взбираясь по горному серпантину ввысь.
Они почти проехали мимо монастыря. Том так вообще был разочарован его входом. Он рассчитывал, что будет что-то помпезное, красивое, а здесь, если бы не фонарь над входом, то они проехали бы мимо простых деревянных дверей. Серых от солнца и ветра и даже без ручки! Две ступеньки перед закрытыми дверьми и даже никакой таблички, что это такое. Только сбоку было маленькое окошко с синей крашеной ставенкой, и все…
Ран выбрался из машины и постучал кулаком в закрытую дверь. Никто не отозвался. По указаниям навигатора, это был именно монастырь. В горах поблизости никаких других строений не было. Была еще гостиница, но она была с другой стороны горного склона, поэтому ошибки быть не могло, так что размять ноги выбрались все. Олаф, не удержавшись, постучал в закрытые ворота, но только глухое эхо отозвалось в ответ.
- А телефона у них нет? - Ран рылся в справочной службе на коммуникаторе, - сестра Мари говорила, что у них была какая-то эпидемия, вдруг они уехали? Или, не дай Аллах, все умерли?
- Кто здесь шумит? - раздалось из окошка, - спаси Господи, кто здесь?
- Мы привезли прах сестры Мари, - Ран вышел вперед, - она родилась в этих краях и говорила, что хотела бы вернуться в этот монастырь. Теперь она умерла, и мы привезли сюда ее прах и вещи, чтобы вы сделали все, что положено.
- Сестра Мари преставилась? - над головой ахнули, - я сестра-вратница*, пойду сообщу матери-настоятельнице об этом и о вашем визите. Ждите.
Крашеные створки окна закрылись и все опять стало тихо. Только деревья шелестели листвой и птицы пересвистывались.