Папа тогда не ругал меня, но и не похвалил за то, что я практически нарушил закон и по факту, совершил федеральное преступление наивысшего порядка. Это потом сделали его друзья, пока восторженно меня тискали и восторженно пищали, потому что я оказался, как папа, а для них это было наивысшей похвалой. Но с тех пор папа с этими самыми «восторженными» друзьями взялись гонять меня и физически, и по учебе, подгоняя и телом, и духом к поступлению в военную академию. И вот, в итоге я стал тем, кем стал – «генеральским сынком», который попал в военную спецшколу по факту родства сразу после окончания школы. Мне пришлось доказывать, что я там оказался по праву, но в принципе, все началось с Лекси. Если бы не он, то, возможно, я стал бы... ну, не знаю, школьным учителем?
- А может, если бы Лекси нашел родителей, то стал бы более адекватным? - робко подал идею Энди, - у нас в приюте все отказники мечтали выяснить, кто именно их родители. Может, если бы он узнал, то успокоился?
- Нет, для Лекси идея родителей всегда была фоном для драмы, а не самой проблемой. Узнай он, кто его папа, он только еще больше озлобится и сломает человеку всю его жизнь. И, кроме того, это будет ударом по устоям общества и вообще, далеко идущей катастрофой для многих людей. Энди, - Аэрин мягко улыбнулся растерянному блондину, - ты не выручишь? Официантов не дозовешься, а мне кофе хочется, не сходишь к бару? Мне черный, с перцем и без сахара. - Энди понятливо вышел из-за стола, - спасибо, малыш.
Когда омежка пропал среди людей, Макс склонился к столу, чтобы быть ближе к Аэрину.
- Ты знаешь, кто его папа? - насторожился Макс, - ты все же сделал поиск по генокоду?
- Нет, после того случая, что я вам рассказал, папа меня привез домой и все успокоились. Он сказал, чтобы я, прежде чем влезать в опасные авантюры, в первую очередь включал мозги. Ведь ответ на мой вопрос был у меня под носом. Все настолько на виду, что странно, как об этом не додумались все остальные. Я был в шоке, когда все понял…
- То есть, ты с двенадцати лет знал, кто папа Лекси, и молчал? - уточнил Пабло, - и когда он плакал тебе в жилетку, что он брошенный сиротка, ты гладил его по голове и молчал?
- Взрослые доверили мне правду, и я не мог их подвести. Лекси и правда лучше не знать, кто его папа, всем будет лучше…
Макс хлопком руки закрыл себе рот и с ужасом смотрел на Аэрина. Тот в ответ тяжко вздохнул и поджал губы. Пабло какое-то время растерянно переводил взгляд от одного к другому, а потом прищурился, как кот, увидевший мышь.
- Я все понять не мог, почему все Кантарини так дружно терпят чужого подкидыша, ха!
- Пабло! - одернул кузена омега, - я посчитал тебя взрослым!
- Я благодарен за доверие, братишка, - Пабло изобразил церемонный поклон, - я не подведу семью. Верь мне!
Альби мужественно держался всю ночь и заснул на диване ближе к рассвету, когда клуб стал пустеть и диджей ставил исключительно медленные и чувственные треки. После нападения Лекси Ран не отходил от Альби ни на шаг. Они провели остаток вечера на диване, или время от времени танцуя вдвоем. К Рану подходили люди поговорить или поблагодарить за вечеринку. Альби вначале пытался слушать разговоры, но привычка ложиться спать до полуночи сыграла с ним глупую шутку, и он заснул, как котенок, свернувшись клубочком и положив голову Рану на колени.
Проснулся он в родной кровати, ожидаемо раздетый и один. Рафик нарочно громко шаркал ногами в коридоре при открытой двери и в полный голос, делая вид, что обращается к Ради, говорил, как важно встать пораньше, чтобы не приехать в гости поздно. Ведь они договаривались приехать в гости утром, а не к обеду. А Мадлен-эфенди праведный омега, встает рано и будет неучтиво заставлять его дожидаться гостей…
- Рафик! - шикнул Ран, - ну что за характер? Мы пришли не поздно, а рано, дай поспать Альби! Сердце мое, разбудил тебя этот злодей? - Ран сцеловал сонную нежность с щек и ласку с дрожащих ресниц, - поспи еще…
Ран закрыл дверь перед носом тяжко вздыхающего Рафика и отправился купаться. Он каждое утро вставал до пяти часов, чтобы успеть вымыться перед утренним намазом, а после этого отправлялся на тренировку с побратимами, где его гоняли от всей души Намир и те здоровенные альфы, которые недавно приехали из эмирата родителей якобы для проверки порядка и дисциплины во вверенном Рафику кагале. Но, как подозревал Альби, их прислали после того, как Ран сообщил, что собирается вернуться домой не через два года, как планировалось, а этой осенью. И прислали именно ради этих тренировок.