- Не надо санитаров, - всхлипнул ребенок, - я сам. Я смогу. Не волнуйся, я сильнее, чем кажется.
- Да, хорошо, - Ран поднял собранную сумку и закинул на плечо, а потом бережно подхватил омежку на руки, - не хочешь санитаров, пусть будет по-твоему. Я отнесу тебя сам. Ты мне доверяешь?
Том только придушенно пискнул, когда его подхватили крепкие руки и прижали к горячему телу. Ран стремительно выскочил на улицу. Когда воздух обдувал, стало значительно легче, и он смог взять себя в руки и отвлечься. Сейчас все внимание было сосредоточено на дороге и на том, чтобы не столкнуться с подгулявшей компанией студентов. Он не боялся подвыпивших юнцов, но не хотелось волновать омежку, который так доверчиво прижимается и сопит, как маленький зверек.
А Том в это время пытался не стонать от возбуждения, когда в нос ударил запах альфы. Сильный, свежий, надежный и очень, очень… Том, не понимая, что творит, уткнулся носом в шею альфы и принюхался. От Рана пахло кедром. Теплый древесный дух, сладкий и пряно-хвойный одновременно. А еще, от него пахло немного отдушкой, как от свежевыстиранного белья, ну да, он ведь спал, а еще немного потом и пеной для бритья, он всегда брился на ночь. Том прекрасно помнил ее запах, потому что внимательно обнюхивал все в ванной комнате альфы, пока наводил там порядок. А вот возбуждением от него не пахло, Том, непонятно почему, даже немного обиделся. У него течка, а альфа тащит его, как забытый багаж.
Хотя, это, конечно, понятно… Том и сам знал, что он пахнет неправильно, совсем не так, как пахли нормальные омежки, и ему доставалось достаточно щипков и смешков от его ровесников, когда его запах только-только сменился с детского карамельного. Да и воспитатели не упускали возможности отвесить подзатыльник, унюхав в комнате запах дыма. На работе, стоило Тому появиться со своим проявившемся запахом, как к нему намертво прилипло прозвище «горелый», и только обманщик Ларри говорил, что его запах приятный. Но стоило ему довериться до конца, как он сразу слинял к богатенькому женишку, забыв обо всем, что шептал на ушко…
Ран же старался держать себя в руках и уговаривал себя, что он не педофил, чтобы кидаться на беззащитного ребенка, пусть тот и пахнет, как счастье, и выпустить его из рук с каждой минутой становится все сложнее. Он почти бежал со своей ношей, и только зайдя внутрь холла, перевел дыхание. В маленькой гостинице выразительно пахло кофе, который надежно перебивал все запахи и прочищал мозги почище песка в трусах. Дежурный медик уточнил, тот ли это омежка, по поводу которого звонили, и сразу вызвал санитара, который решительно протянул руки забрать пациента. Ран рефлекторно прижал Тома к себе и оскалил зубы, как животное, которое защищает свое… Санитар отдернул руки и глянул на врача.
- У нас есть комнаты для пар, - врач-бета положил руку на плечо альфы, - проводить?
- Нет, - Ран тряхнул головой, стряхивая морок, и с трудом разжал руки, позволяя забрать омежку, - комнату для одного, и никого не пускайте. Я опекун. Сейчас покажу все необходимые разрешения. М-м, хотя, одного человека пустить придется. Но только его одного. - Ран передал второму санитару сумку омеги и придержал первого с омегой на руках, чтобы он слышал, - Рафика. Он бета и доверенный человек семьи, и в любом случае, он прорвется, чтобы удостовериться, что с Томом все в порядке. Том, ты услышал? Рафик проведает тебя, не бойся его, он к тебе не прикоснется. Может быть, хочешь чего-нибудь?
- Да, - Том с трудом улыбнулся, - тортик…
- Хорошо, - Ран улыбнулся, - а серьезно, что еще?
- И еще один тортик, - шмыгнул носом омежка, - можно?
Ран тихо рассмеялся и кивнул санитару, чтобы он уносил ребенка. На душе сразу стало легче. Он опасался, что Том захочет найти ТОГО альфу, или позовет кого-нибудь из побратимов. Малик крутился вокруг него и строил глазки… но Том оказался тем еще ребенком, это умиляло и успокаивало внутреннего зверя, все правильно, его нельзя было трогать, нет, все хорошо, тортик – это правильно…
*
Тома осмотрел врач и сделал пару уколов, снять боль и успокоить возбуждение. После этого омежку завели в комнату и оставили в тишине. Тому стало легче и он, успокоившись, уснул на чужой кровати. Проснулся он от того, что дверь открыл санитар, который занес два торта. Один белый и воздушный, пересыпанный кокосовой стружкой, а второй тяжелый ромово-шоколадный, под толстым слоем шоколадной глазури. Санитар спросил, что принести запить, сок или чай, и не надо ли принести еще чего-нибудь. Но Том растерянно рассматривал тортики. Когда он попросил, он не ожидал, что Ран действительно принесет сладости. Он смог попросить только чая и ложку, и со счастливым вздохом воткнул ее в середину белоснежного облачка, а потом позвонил Энди.
- Энди, у меня течка началась, - похвастался омежка, - смотри, что Ран мне принес!
- А ты разве не с ним? - удивился приятель, - ну, ты и лох! Променять такого самца на тортик!