- С драгоценными… - улыбнулся несмышленышу альфа, - рубин, как дар за невинность, сапфир за страсть, изумруд за нежность, бриллиант как восторг, как комплимент и восхищение…
- Ну, рубина мне уже не увидать… - Том растерянно крутил браслетик и водил пальцем по крученым звеньям, - я уже не девственник, так себе, порченный товар.
- Глупый ребенок, - Ран не выдержал, прижал к себе омежку, и сразу отпустил, - ты еще такой маленький дурачок… кушай больше, а то Рафик мне темечко проклевал, что я тебя голодом морю, а то, что я тебе два тортика привез в санаторий, он мне, похоже, никогда не простит! Тебя надо кормить полноценно, и кашей, и мясом, и обязательно молоком. Он твердо уверен, что я не в состоянии накормить омегу и уморю тебя на одних конфетах.
- Неправда! - ощетинился Том, - я никогда так много и вкусно не ел, как с тобой! Ты меня постоянно едой пичкаешь…
- Ладно, - коротко согласился альфа и встал из-за стола, за которым они завтракали, - начало занятий через два дня. Вы с Энди все купили, что надо для учебы? Обувь, сумки, тетради? Зайду сегодня в администрацию и узнаю, кого к нам подселят в этом году. Так что, если в домик придет посторонний, то не пугайся. Я тебе сообщу, когда узнаю их имена. Ладно, я пошел в институт, и тебе советую наведаться в ваше училище и выяснить по поводу начала занятий.
Ран в дверях столкнулся с Энди и Намиром, который зашел, чтобы сопроводить омежек на третий уровень и удостовериться, что все будет хорошо. Энди воодушевился от предложения наведаться в училище и разведать обстановочку, что и как. Намир сопроводил подопечных до училища и остановился у входа, терпеливый, как памятник. На третьем уровне люди были попроще, чем на поверхности, но намного круче, чем на седьмом. Энди внимательно рассматривал омежек, которые ему попадались, и в конце концов умылся в туалете, чтобы смыть косметику и перестать выделяться на общем фоне. На Энди все косились и даже ненавязчиво переспросили, может, тот не успел привести себя в порядок после ночной эскапады, или у него дефекты кожи, которые он так тщательно гримирует?
Энди вначале пытался огрызаться, а потом недовольно раздувал ноздри. В его понимании, слой косметики на лице, какой был на Томе после визита к косметологу перед посещением клуба, был едва ли не эталоном внешнего вида обеспеченного омеги. А Энди очень хотел выглядеть обеспеченным омегой. Он каждое утро тратил много времени на разукрашивание собственной личности, а тут вдруг все омеги (и даже преподаватели!) были почти совсем без косметики. Так, мазок блеска на губах, и все…
Но что Энди умел в совершенстве, это принимать правильные решения и мимикрировать. Именно поэтому он без истерики умылся и слегка подкрасил губы светлой помадой. А позже затащил Тома в торговый центр, чтобы купить новую обувь. Без всяких каблучков и бантиков. Простую и удобную, как тапочки, с той лишь разницей, что она была от знаменитого бренда и стоила заоблачных денег, но Намир даже бровью не повел, увидев ценник, а только удостоверился, чтобы и у Тома была удобная обувка, а потом отвел их в кафе пообедать.
Поскольку Том и Энди учились в одной группе, то расписание и предметы у них были одинаковые. Том после обеда загружал на планшеты необходимые учебники и методички. Первый год был посвящен, в основном, школьной программе, с той лишь разницей, что все предметы за два года утрамбовывали в один и давали в режиме факультатива, то есть, скорее ознакомительно, и только биологию человека и биохимию давали расширенно, как основные предметы.
Ран отправил сообщение Тому, что к ним в дом подселят двоих: студента первокурсника Таэля Лисовски и доцента кафедры кардиохирургии альфу Лайонеза Мооза. Таэль появился на пороге почти сразу после звонка Рана, как будто дожидался, когда о нем узнают. У него было много багажа, и Намир помог ему перенести груду коробок от порога, куда служба доставки сложила все неровными кучками. Таэль был симпатичным кареглазым шатеном, бетой и, похоже, совершенно домашним ребенком, поскольку привез с собой из дома все, что мог, включая подушку с одеялом, плед, посуду и ночник.
Он долго развешивал на стенах своей комнаты многочисленные фото своей семьи, которая на следующий день с раннего утра атаковала студенческий домик. Таэль был единственным ребенком у пожилой весьма состоятельной пары, но вот кузенов у него было просто без счета. Том бросил считать родню Таэля после тридцатого человека, который примчался с полными сумками всякой снеди, как будто на планете закончилась еда, и это были последние запасы для счастливчиков.