– Ну, он бы вздул нас, если бы был здоров. Но теперь только хочет, чтобы его оставили в покое… В смысле, дали спокойно умереть. И еще… он вспоминает всех своих свинок… много их у него было, всех не упомнить.
– О как… Но, с другой стороны, он все равно умирает, а в нем же опыт… и довольно много.
– Ранк… А ты можешь его вылечить? Он не бросится.
Неожиданный поворот истории… Но ведь, наверное, могу! Опыт опытом, но зверя можно и пожалеть, а столько мяса нам не только не съесть, но даже и не уволочь. Ник зверя, кстати, сменился на желто-бурый…
Меч в ножнах – подходим. Бувень смотрит внимательно и чутко, но не трепыхается. Где раны – видно хорошо, под ними все в крови. Шерсти тут немного – скорее довольно редкая щетина, кое-как прикрывающая бурую кожу.
– Утти, а кто такой бог Бусс?
– Не знаю, а что?
– Мне от Системы написали, что репутация повысилась. Но вроде наш бог – Яростный Ург? Или как?
– Мы в лесу, Ранк. Лес не подчиняется нашему богу, тут может быть что угодно.
– Может, в пещеру пойдем? Или хоть на хуесов поохотимся, – Чинк остался недоволен.
– Пойдем. Надо первую свинку оттащить.
На первой свинке уже собирались муравьи – их тут вообще немало. Разделать тушу с ходу не удалось – и до пещеры ее тащили волоком, за ноги. Так себе работа даже на троих – весила она, пожалуй, побольше любого из нас.
Первый вечер в пещере вышел праздничным – был костер, много печеного мяса, пушистые котики и таинственно улыбающаяся Лана. После неожиданного замирения с бувнем мы ощущали себя чуть ли не хозяевами леса.
– А у меня системный навык появился, сам собой, – вдруг поделился Утти, – эмпатия. Как-то это тут написано… «
– Здорово! А что еще пишут?
– Еще…
– Эка… ты и наши мысли теперь можешь читать? – сразу возмутилась Лана.
– Твои и Ранка – нет… а вот Чинка – похоже, могу. Чинк дуется, что ему не дали никого убить, и хочет в деревню. И еще засыпает. Но это и так видно.
– Теперь я понял, зачем качать
– А, ну хоть так! – обрадовался Утти, – когда ум будет, сам найдешь, на что он годится.
Мы замолчали – спорить больше не хотелось. Котята вдруг насторожились и дружно шмыгнули к себе в нору. А на склоне явно послышался шелест опавших листьев по камешкам.
– Кто-то крупный, идет сверху, – с ходу определил Утти.
– Чинк, не спи. Может, еще и придется подраться. Только первым не лезь.
– Давайте в костер побольше всего.
В темноте сверкнули зеленым глаза большого зверя. Наконец, он показался в свете костра – массивная туша на мощных лапах, высотой… да примерно как Утти. Оп-па… ник.
– Ну что – будем драться?
– Бесполезно. Нам такого не пробить. А если разбегаться… кого-нибудь точно догонит.
– Ребят, все его слышали? Отходим от свиньи и стоим тихонько. Чинк, не вздумай бросаться.
– Да как же? Он сожрет наш трофей?
– Пускай. Но трофей – это не мы.
Медведь довольно тяжело влез на нашу площадку – и тут сразу стало тесновато. Оглянулся на всех, спокойно повернулся спиной и стал уплетать мясо – сначала жареную свиную ногу, а потом и всю остальную свинью.
– Ранк, ты заметил? Он хромает. И из него торчит стрела… с моей стороны.
– Думаешь, его тоже нужно вылечить?
– Если тебе не стремно – попробуй. Кажется, он очень старый медведь, он не хочет драться.
– Так ты читаешь его мысли?
– Нет, не могу. Возможно, он умнее нас.
– Ладно, попробую.
