– Обожаю такую ерунду! – прошептал теперь редактор. – Нет, просто обожаю!
Пришелец… нахмурился. Наклонил голову, внимательно разглядывая визави. Вдруг… схватил редактора за лицо… ощупал… заглянул в ухо… После отстранился.
Иван Матвеевич, находясь в столбняке, вовсю смотрел на пришельца!
Повисла пауза.
– Ты… – прищурился пришелец.
– Идем-ка! – встряхнулся редактор.
* * *
Спустя секунду оба стояли перед зеркалом в прихожей, тупо разглядывая друг друга. Одинаковые глаза, нос, щеки… двухдневная намеренная щетина и шрам на интимном месте! Только прически разные.
– Встречу себя с собой не планировал, – усмехнулся пришелец.
– Как ты сюда попал? – спросил редактор.
– Это Подколёскин, он жил тут, – объяснил гость из параллельного мира. – Гений оставил после смерти прибор и инструкцию к нему. И когда я въехал в его квартиру как новый жилец, – то… атрибуты лежали на полу, пыльные и грязные, среди мусора.
– Как так, лежали?.. Подколёскин же был известным гением? – удивился редактор, оживляя в сознании скудные сведения о физике. – Другие ученые должны были просто перевернуть квартиру в поисках гениальных записей!
– Лежать на полу и лежать на столе – это разные вещи, – кратко размыслил пришелец. – Так понимаю.
Помолчали немного, молча пялясь в зеркало.
– Ты тоже гений? – спросил Сидоров.
– Я обычный работник газетного фронта, – с иронией отозвался пришелец. – Но делать изобретения и применять изобретения – это тоже разные вещи. Много лет «переместитель Подколёскина» гнил у меня под диваном. А сейчас у меня… кризис среднего возраста, полагаю. Глубоко прозаичная вещь…
– Часто именно банальщина приводит к решающим поступкам в нашей жизни, – понимающе кивнул редактор.
– Что-то вроде того, – согласился пришелец. – К сорока годам мне надоело жить так, как я живу. Во время очередной уборки изобретение гения попалось мне на глаза. Я прочел инструкцию, написанную очень простым языком, без всяких выколбасов… настроил «переместитель Подколёскина», и…
Раздался взрыв, прервав беседу.
* * *
Новенький телевизор уже не являлся новеньким. Треснул экран, по сиреневому корпусу прошли глубокие трещины, по комнате стелился дым.
– Что за?.. – вскричал Сидоров.
– Генератор перегорел… – скривился пришелец. – Подколёскин об этом написал в инструкции… мол, что стоит опасаться…
– И что делать?..
– Хрен не ведаю! – зло крикнул гость из параллельного мира. – Впрочем, ведаю! Слушай!.. – Он вцепился в Сидорова – и глазами, и руками: – А ты… ты ничего не находил в этой квартире, когда сюда въехал двадц…
– Двадцать лет назад я въехал в эту квартиру, – перебил Сидоров. – Весь мусор после умершего гения я выкинул в мусоропровод. Даже не глядя, что за мусор. Мне очень жаль.
– Что же делать? – прошептал теперь пришелец.
– Ты можешь остаться у меня! – радушно объявил Сидоров. – Предполагаю, что ты холостяк, как и я. Ни детей, ни животных… устроим тебя на работу моим заместителем.
Пришелец сидел на полу и растерянно осматривал комнату, заставленную ТВ-коробками.
– Коллекционируешь телевизоры? – спросил он.
* * *
Всю ночь новообретенные братья-близнецы проводили эксперименты на предмет возвращения в параллельный мир!.. Один телевизор сменял другой, Сидоров по очереди включал ящики, настраивая на нужный диапазон…
– Диапазон волны 36,4. Строго! – сказал пришелец. По мере развития эксперимента он щёлкал и щёлкал единственной кнопкой на маленькой чёрной коробочке – «переместителе Подколёскина», желая соединить сигнал изобретения с ТВ-волной.
Под утро осовевшие экспериментаторы сидели на полу рядком. Все телевизоры были опробованы. Безрезультатно!
– Надо точно такой же телевизор, что взорвался, – устало заметил пришелец. – Идентичной марки, серии и даты выпуска. Тогда всё получится.
– Ты уверен? – спросил Сидоров.
– Подколёскин жил и изобретал тогда, когда первые телевизоры только-только появились, – ответил пришелец. – Гений опередил время… Поэтому моя ремарка об идентичности «выходных данных» ящика – это моё собственное предположение, в котором (конечно) я не уверен. Но других вариантов нет. Или всё же есть?..
– Где инструкция к аппарату? – спросил Иван Матвеевич. – Может, там хоть намеком…
Пришелец залез в карман, достал сложенную бумагу.
– Дай-ка? – попросил Сидоров с интересом. Гость повертел бумагу в руках и… спрятал ее назад:
– Да нет тут ничего! – молвил он раздражённо.
* * *
Наутро все силы и связи Ивана Матвеевича были брошены на выявление в его городе сиреневых телевизоров. Буквально через час выяснилось, что таких телевизоров в его городе пять.
Два ящика находились в мэрии, а еще два в городской больнице. Данное обстоятельство полностью исключало их изъятие даже на недолгий срок.
– Непременно возникнет шумиха! – с горечью сказал пришелец. – Желательно обойтись «малой кровью».
Пятый телевизор принадлежал школьному учителю Зайкину, который оказался маленьким тщедушным человеком. Парень выиграл сиреневый ящик в благотворительную лотерею, и аренда исключалась. Любой бартер тоже. Была возможность покупки. Зайкин, несмотря на принадлежность к интеллигентам, заломил двойную цену.
