Вряд ли подросток заметил, что его голос немного дрожал. Годы выдержки — единственное, что не позволяло ему сейчас окончательно потерять самообладание. Парень не был дураком, но вновь начинал притворяться им, когда не хотел отвечать на неудобный вопрос. Их отношения с юношей напоминали ему сумерки — часть намеков, размышлений и неумелых разговоров была видна невооруженным глазом, но другая часть — была сокрыта во тьме, глубоко внутри каждого из них. Он был уверен, что у Поттера, как и у него самого, есть скелеты в шкафу, о которых тот никому не рассказывал.
— Я не… Не говори глупостей. Я, пожалуй, пойду.
«Ну, уж нет!» — злость, вспыхнувшая внутри, заставила его молниеносным движением схватить мальчишку за руку. Он почувствовал себя мерзавцем, когда заметил в малахитовых глазах напротив тень страха. Пальцы мимо воли сильнее сжались на чужом запястье, заставляя юношу скривиться от боли. Себастьян умел быть властным, когда чего-то по-настоящему хотел, хотя сейчас это скорее получилось вопреки его желанию.
— Себастьян, что ты творишь? Отпусти меня!
— Ты не ответил на мой вопрос! К тому же мы так и не закончили тогда наш разговор, а ты, Гарри, постоянно меня избегаешь. Странно получается: возле дементора ты чувствовал себя вполне уютно, а возле человека ощущения не комильфо?
— Это сложно, Себастьян, чертовски сложно…
— А может все гораздо проще, чем ты себе надумал, Гарри?
Сложности преследовали их двоих всю жизнь, но сейчас они сами все усложняли, оставляя место недомолвкам и надуманным проблемам. Возможно, он бы оставил все как есть, но мальчишка выглядел слишком подавленным от того, что застал кое-кого за невинным, по его мнению, занятием. Мысль о том, что парень не испытывал к нему ничего, кроме банальной дружбы, неприятно кольнула в области сердца. Он сотни раз слышал признания в чувствах от других, но никогда не задумывался о том, что кто-то может быть к нему равнодушным. Смириться с подобным мужчина не мог. Не сейчас, когда Экриздис отчетливо понимал, что это не очередная его блажь, и все гораздо серьезнее.
— Это для тебя все просто, а для меня нет!
— Хочешь докажу обратное?
— Не хо…ммм…
Себастьян ловко притянул сопротивляющегося парня к себе, решив прервать бесполезный разговор самым действенным способом. Губы мальчишки были слегка обветренные и немного кололи его собственные, что, впрочем, только добавляло остроты поцелую. Чужие руки уперлись ему в плечи, но он лишь сильнее прижал того к своей груди, ощущая как бешено колотится сердце у парня. Гарри постепенно расслабился в его объятиях, и мужчина мысленно облегченно выдохнул, продолжая мягко целовать упрямого юношу. Сомнения, терзавшие душу, развеялись, словно дым. Экриздис попросту таял от чужих невинных прикосновений. Застоявшаяся за время пребывания в облике дементора кровь, теперь бурлила в нем, словно лава в жерле вулкана. Он далеко не раз целовался в своей жизни, но впервые это делал с такими искренними эмоциями, словно все остальные его партнеры были просто пустым звуком. Прерывать столь сладкие ощущения абсолютно не хотелось… Он точно когда-нибудь проклянет этого Блэка, навечно превратив в собаку! Ну почему тот вечно появляется в самый неподходящий момент?
В затуманенных глазах Поттера читалась нескрываемая досада, и мужчина ощутил укол вины за то, что позволил себе настолько потерять голову. « Как несмышленый юнец!» — мысленно отчитал себя лорд дементоров, слегка закусывая припухшую губу. Нужно было что-то сказать в свое оправдание, но на ум упорно не приходило ни одно нормальное объяснение. Даже в шутку перевести их поцелуй не получалось…
— Гарри, я…
— Если ты сейчас скажешь, что жалеешь о случившемся — я тебя возненавижу! Я ни о чем не жалею и мне действительно это понравилось… Ты мне нравишься… А сейчас прости, но меня ждет Сириус.
Он ошеломленно застыл на месте, наблюдая, как мальчишка поспешно скрылся за дверью. Сердце билось быстрее обычного, и Себастьян понял, что окончательно пропал. Его чувства к Адриану беспощадно меркли, по сравнению с тем, что сейчас он испытывал к Гарри. Он столько лет трепетно хранил в памяти свою первую любовь, но с тех пор, как ему довелось повстречать малолетнего героя, темный маг понял, что все это время попросту цеплялся за воспоминания. Рядом с ним были достойные люди, вроде Чарльза, которым мужчина не дал ни единой возможности отогреть его душу. Поттер делал это легко: мягкие прикосновения рук, уютные разговоры и теплый взгляд — то, чего наследнику древнего рода так не хватало. Сложилась бы его жизнь иначе, если бы юноша родился в тоже время, что и он? Видимо, Моргана милосердно дала ему шанс все исправить, и в этот раз Экриздис глупцом точно не будет…
Сколько он просидел в тренировочном зале, предаваясь размышлениям, мужчина не знал, но когда он вернулся в гостиную, то застал явно чем-то взволнованных любовничков. Блэк мерил комнату размашистыми шагами и все порывался куда-то бежать, даже Снейп выглядел удрученным и почему-то старался успокоить Сириуса.
— Не скажу, что меня это очень волнует: но что у вас случилось?
