Так продолжалось долго. Помещения были похожи одно на другое, везде столы, отгороженные друг от друга перегородками высотой в человеческий рост. Везде квадраты и дощечки с кнопками, везде трупы…
Но вдруг эти помещения кончились, коридор по которому шли разведчики внезапно превратился в тупик с толстой железной дверью в такой же железной стене. Вокруг двери было несколько надписей, по большей части кричаще-красных или зловеще-чёрных. Они предупреждали о чём-то опасном и что-то важное сообщали тому, кто был способен их прочесть.
Никогда бы Михалу с отрядом не пройти через эту дверь, рассчитанную на удар великана, не меньше. Но она была открыта настежь, а на пороге лежал покойник в комбинезоне и с жуткой резиновой маской на голове, от которой на уровне рта отходил гофрированный шланг, делающий человека похожим на сказочного элефантума. Рядом валялась красная пластиковая каска, соскочившая с головы мертвеца.
Чуть поколебавшись, Михал перешагнул через этот труп, и оказался по другую сторону двери. Здесь было всё не так опрятно, как в предыдущих помещениях. Бетонные стены были выложены невзрачным замызганным кафелем, которого хватило только на высоту человеческого роста. Дальше стена была выкрашена грязно-бежевой краской выцветшей от времени.
Здесь тоже была подъёмная машина с кабиной таких размеров, что могла вместить их всех. Рядом виднелась лестница ведущая вниз. Такие лестницы Михал видел в подземном гараже глубоко под Междустеньем, откуда Ларни и Стефан попали в «Мёртвый город», и где они с Марантой обзавелись автомобилем, на котором ездили, потом в Торговый город спасать Руфуса. (Остальные машины, даже самые ломаные, прибрал, впоследствии, к рукам Галль. Никто не возражал против этого, ведь никто, кроме умельцев Форта Альмери не использовал эту древнюю технику. А теперь, многие из тех авто были в их колонне.)
Михал чувствовал, что разгадки многочисленных загадок и ответы на массу вопросов, лежат где-то здесь, возможно там, где кончается эта лестница. Но надо было возвращаться, и он дал команду идти к выходу.
Галль уже ждал их возле стоянки машин, разложив на капотах какие-то большие пожелтевшие листы, испещрённые перекрестиями линий.
– Привет, дядька Михал, – сказал Галль подошедшему охотнику. – Ну, как ты? Где был, что видел?
Михал рассказал. Известие о лестнице Галля чрезвычайно заинтересовало.
– Смотри-ка, что удалось найти нам, – сказал он, подводя Михала к разложенным на капотах машин схемам. – Это похоже на карту всего сооружения. Там наверху архив, и в нём много чего интересного. Например, атласы монстров с полным описанием, правда, язык непонятен. А ещё, такие же атласы, только с людьми и человекоподобными существами. Жуть, если здесь найдутся такие! Но об этом после, а сейчас, давай-ка найдём на карте твою лестницу.
Это оказалось несложно, только на карте, в том месте, где был изображён спуск вниз, всё тоже пестрело предупреждениями. Но хуже было то, что на этом схема заканчивалась, и что там такое внизу лестницы, оставалось только гадать.
– Там точно не было продолжения карты? – спросил Михал.
– Точно, – ответил Галль. – Вот это всё на стене висело, и, как видишь, карта до конца дорисована. Значит то, что ниже не для всяких глаз, и если есть дополнительная схема, то она хранится где-то ещё.
– И где нам её искать? – нахмурился Михал.
– А мы не будем её искать, мы спустимся и посмотрим всё сами. Только пойдём не всем скопом, а малым числом. Ты возьми человека четыре, и я возьму…
В это время близнецы отделились от общей толпы и встали по обе стороны от отца. Галль скрипнул зубами и сжал кулаки, но потом вздохнул и махнул рукой.
– Ладно, – сказал он. – Значит, вы двое, а ещё найдите Эрла и Вурста.
Близнецы синхронно кивнули головами и исчезли в толпе механиков.
– Не боишься? – спросил Михал. – Мальцы ведь ещё совсем!
– Боюсь, – признался Галль. – Но я им клятвенно обещал, что не буду прятать их за чужими спинами, и обязательно возьму на опасное дело. С другой стороны, я уже в двенадцать лет оказался лицом к лицу с судьбой. Правда, если бы не Диана, мне бы тогда точно голову откусили!
Раны Стефана оказались серьёзными, но не опасными. Точнее, опасными, если за ними не ухаживать. Первые четыре дня он метался в бреду, и, то задыхался от удушья, то дрожал в ознобе.
Однако отвары и настои лесных трав и ягод сделали своё дело – на пятый день израненный охотник открыл глаза и попросил пить. Всё это время Ларни и мальчики сменяли друг друга, но поспать им не удавалось, (исключение было сделано только для самого младшего), потому что, отдежурив у отца и мужа, они шли на стены.
Монстры набрасывались на крепость с яростью морского шторма. Ларни не раз и не два казалось, что их шквал вот-вот перевалит через край, и. сметая защитников, ринется на мирные дома, где остались лишь старики и дети.
