— Я ушам своим не верю! — постепенно непонимание Кэндис сменялось злобой. — Да твоё имя стало нарицательным благодаря всему тому хорошему, что ты сделал для нашей расы! Ты стольких спас, стольких приютил, стольких научил постоять за себя! И не забывай обо всех тех Объектах, которых МЫ освободили из исследовательских комплексов!
— А сколько из них дожило до сего дня? Большинство всё равно погибло, так что какая разница, — метко подмеченная, хоть и печальная деталь, заставила Кэндис жалобно поджать губки. — Неужели ты правда не понимаешь? Вся та хрень, что сейчас твориться в мире — это наша вина. В Вашингтоне мы развязали войну, и всё, что мы сейчас делаем, каждая спасённая жизнь — это всего лишь попытка справиться с её последствиями.
— Всё это чушь собачья! Объекты гибли и до того, как мы напали на Вашингтон, в огромных количествах!
— А мы развязали Организации руки, и увеличили это количество в сто раз! В двести!!! И при этом на нас смотрят, как на героев! Объекты, которые к нам присоединяются, восхищаются нами, и всё от того, что они напуганы, беспомощны, и что хуже всего, наивны! И только мы знаем горькую правду! Так как с этим жить?! Как строить своё незаслуженное счастье?!
После всего сказанного, Ник и Кэндис какое-то время просто сверлили друг друга взглядами. В глазах цыганки Тёрнер видел презрение, но он и не думал обижаться на девушку, поскольку понимал, что заслужил это.
— …Я соберу всех в спортзале. Будем практиковаться в стрельбе. Если захочешь, можешь к нам присоединиться, — не сказав больше ни слова, девушка-сенсор просто ушла.
Николас зажмурился на несколько секунд, пытаясь очистить голову от лишних мыслей, затем подошёл к стене с совершенно спокойным выражением лица и вдруг со всей силы ударил по ней кулаком, стесав кожу с костяшек.
— Ну, почему?.. Почему ты умер, Асура?
Выйдя из своей комнаты, Ник оказался в целом ветвистом лабиринте из коридоров и комнат убежища, в котором укрылись члены «Новой ветви». Что же представляло из себя это место? Нельзя было сказать с уверенностью, но всё указывало на то, что раньше здесь была научная база Организации. Особо секретная, расположенная в лесах Канады. Настолько секретная, что даже сама Организация, кажется, забыла о её существовании. Так как же о ней узнала «Новая ветвь»? Всё благодаря анонимному информатору. Он уже давно помогал группе в плане поиска убежищ, заранее предупреждал их о рейдах Организации. Правда, непонятно было, откуда ему всё это известно, но свой кредит доверия он определённо заслужил.
База хоть и была немного грязноватой и устаревшей, но в остальном, в качестве дома для пятидесяти Объектов она подходила идеально. Она была рассчитана на то, что в ней будут безвылазно жить учёные, так что она обладала всеми необходимыми удобствами. Независимый источник электропитания, отопление, санузел. Всё, конечно, работало через раз, но большинство Объектов даже о таком не могло мечтать. И в убежище был спортзал!
— Лукас, — Ник заглянул в комнатку, оборудованную под склад провизии. На это имя откликнулся парень с чешуйчатой кожей, заметно повзрослевший со дня, когда Чад подобрал его в Вашингтоне. Змеёныш был смышленым, и во многих вопросах «Новая ветвь» полагалась именно на него.
— Чего могу быть полезен? — весело спросил Лукас.
— Ты уже проводил перекличку? Все наши на месте?
— Нет. Четверо отсутствуют, — Николас вопросительно вскинул брови. — Кэндис только что отправила Чада за покупками, Калеб и Милли вышли на прогулку примерно час назад и сказали, что вернутся не скоро… А ещё, Алексис ушла прошлым вечером и до сих пор не вернулась.
А вот это было очень плохо. Алексис относилась к той трети Объектов «Новой ветви», что испытывали тягу к человеческой плоти. А у общины по поводу этого имелся пунктик: не есть людей, не имея на то причины. Дело было не в моральных устоях, просто пропажа людей привлекала внимание властей. Если Алексис вчера отправилась перекусить в ближайший город, возвращаясь в убежище она может привести за собой хвост.
— Сообщи мне, как только она вернётся. Сразу же, понял? — Лукас часто закивал. Он знал, насколько страшен Тёрнер может быть в гневе.
Чтобы как-то себя отвлечь, Николас всё же присоединился к остальным Объектам на «стрельбище». Кэндис избегала зрительного контакта, но она была рада, что невидимка пришёл. Здесь были все члены «Новой ветви», даже самые юные, и далеко не всем им прежде доводилось стрелять, не говоря уже об убийстве.
— Рано или поздно вы, скорее всего, убьёте, — привычка — странная штука. Тёрнер, вроде, решил не толкать речь, но как-то само вырвалось. — Вам придётся это сделать, чтобы спасти свою жизнь или жизни дорогих вам людей. Можете считать это меньшим из двух зол. Однако вы не должны относиться к убийству, как к чему-то ненормальному или незначительному. Помните, что убив кого-то, вы не просто отнимаете жизнь. Всё, чем был человек до момента его смерти, и всё, чем он мог стать после — вы всё это перечёркиваете. Так позаботьтесь же о том, чтобы Ваша жизнь стоила этой жертвы.
