Он сел на разложенном на земле спальном мешке, потёр глаза и замер, увидев сидевшую в нескольких метрах от него девушку. Выглядела она ужасно уставшей.
— Ты кто? — спросил телепортер. Вчера он был в лихорадочном бреду и плохо соображал, а потому позабыл о том, что к «Новой ветви» присоединилась целительница. Мэри едко усмехнулась.
— И часто ты задаёшь этот вопрос девушкам, с которыми провёл ночь? — у Чада глаза полезли на лоб, а целительница расхохоталась. — Да расслабься ты! Я всю ночь тебя лечила, ты что, вообще ничего не помнишь?
— Погоди… Точно! Ты Мэри, да? — девушка кивнула. — Позволь поблагодарить тебя! Ты проделала прекрасную работу!
В тот же миг выражение лица Мэри изменилось, сделавшись хмурым и угрюмым. Такая перемена насторожила лысого юношу.
— На твоём месте я бы не спешила благодарить меня. Ведь я ничего толком-то и не сделала. Всего лишь избавила тебя от симптомов, но не от самой болезни, — телепортер и целительница обменялись взглядами, и Чад всё понял без слов. Он поник и опустил взгляд.
— Я умру, да?
— Все когда-нибудь умрут.
— Но я умру раньше многих? — молчаливое согласие стало ему ответом. — …Могу я хотя бы узнать, что за недуг меня губит?
— Большинству из нас несказанно везёт. Мы рождаемся на свет со способностями, не свойственными обычным людям, но наши тела, зачастую, к ним приспособлены. Однако есть и небольшой процент тех, кому везёт куда меньше.
— Дай угадаю: я как раз из числа таких? — Чад горестно ухмыльнулся. — Умереть от невезения в такой неспокойное время — что за нелепый конец…
— Тебя губит не невезение, а нагрузки, к которым не приспособлен твой организм. Даже обычные телепортации вредны для твоего здоровья. А когда ты перемещаешься на огромные расстояния, да ещё и берёшь с собой нескольких пассажиров, это наносит непоправимый урон. Удивительно, что ты вообще продержался так долго, — Мэри раньше не приходилось никому сообщать о том, что даже она не сможет спасти их. Она чувствовала себя виноватой перед телепортером и хотела его поддержать, но не знала, как. — Не отчаивайся! Ты сможешь прожить ещё несколько лет, если не будешь использовать свою способность!
— А если я не перестану? Сколько мне тогда останется жить на этом свете?
— Я бы сказала, пару месяцев. Может, чуть больше. Но это было бы крайне неразумно с твоей…
— Не говори пока обо всём Нику или кому бы то ни было ещё, ладно? — Чад не дал ей договорить и взглянул на целительницу с мольбой. Она устало вздохнула.
— Как скажешь. В любом случае, твои друзья ещё не вернулись, так что я бы не смогла им рассказать, даже если бы захотела.
Трудно описать ту неловкую атмосферу, что царила в машине, мчавшейся обратно к лагерю. Впрочем, учитывая, что то была газель, слово «мчалась» здесь не совсем подходит. Скорей уж тащилась на пределе своих возможностей. Объекты, сидевшие в ней, почти не разговаривали друг с другом с того момента, как они покинули пляж. В основном потому, что перед глазами у нововетвенников стояла одна и та же картина, вгонявшая их в краску.
Асура расположился на одном из задних сидений, а Тесса сидела у него на коленях и спала, прижавшись к груди брата. Плащ Калеба, надетый на седоволосую девушку, был ей непомерно велик, особенно в рукавах.
— Похоже, она здорово вымоталась, — Лили, сидевшая по правую руку от S-01, заговорила впервые за последние пару часов. Она избегала зрительного контакта, и трудно было сказать, что у неё на уме. Расстроена ли она? Злится ли? Или ей всё равно?
— За ночь она пересекла Атлантический океан, при этом держа меня на руках. Любой бы на её месте вымотался.
— Однако усталость не помешала ей лечь под тебя, как только вы достигли суши, — Асура злобно сверкнул глазами, но в ту же секунду взял себя в руки и смягчился, заглянув в лазурные очи девушки. Они были полны горя.
— Ты хочешь об этом поговорить?
— Хочу, и в то же время нет. Полагаю, как и все остальные в этой рухляди на колёсах. Тут ведь особо нечего сказать, не находишь?
— …Знаешь, я ведь скучал по тебе. Ужасно боялся, что ты умрёшь, а я даже об этом не узнаю. Не знал, встретимся ли мы когда-нибудь снова.
— А я была уверена, что мы больше не увидимся. Ведь ты умер, а с того света обычно не возвращаются. И всё равно я… Я почему-то ждала тебя, — несчастная ухмылка промелькнула на лице Лили и тут же исчезла. Будто рябь прошлась по воде. Её глаза заблестели от застывших в них слёз. — Это так глупо!
Она опустила голову и тихо заплакала. Прошла секунда-другая, и рука Первого Объекта легла поверх тыльной стороны её ладони. Лили вздрогнула и уставилась на него в растерянности, а он смотрел на неё с заботой и нежностью.
— Прости меня. Но мы не выбираем, кого любить, уж ты-то должна знать об этом. Полтора года я любил тебя, и я не собираюсь это отрицать. Но сейчас… — так и не договорив, Асура перевёл взгляд на дремавшую Тессу.
— Я хочу возненавидеть тебя за это, — блондинка зарыдала сильнее прежнего, сжав кулаки до боли. — Хочу, но не могу. У меня просто не получается…
