После резкого громкого хлопка дверь слетела с петель, упав кусками на заляпанный линолеум. Три фонарика моментально просветили облако поднявшейся пыли. В помещении бывшего санузла повсюду лежали фрагменты разбитых вдребезги умывальников. Несколько тел разметало взрывом по комнате. В ноздри проник мерзкий запах залежавшейся мертвечины. Казалось, что нос к нему уже привык, но теперь этот «аромат» стал в разы сильнее и Джигита чуть не вырвало. Половина обнаруженного санузла была засыпана землёй, по центру в проломе пола располагалась вырытая кем-то яма. Справившись с рвотными позывами, Джигит присел, просветил фонариком «подкоп» и произнёс:
— Тут два туннеля.
Боец сразу вспомнил, где видел подобное. В ухе зазвучала рация:
— Декан, доложить статус! Что у вас там за взрыв? — голос Вадима был встревоженным.
— Зачистка комнаты. Потерь нет, — спокойно ответил высокий спецназовец в очках.
— Кто встретился, какие виды?
— Либо это что-то новое, либо мы гранатой разметали в фарш «десятку», «лямбду», — Декан рассматривал пропитанную кровью грязь. Ему казалось, что с ней что-то не то.
— Принял.
— Командир, здесь туннели, как и в пункте связи! — решил добавить Джигит.
— Подкоп?
— Так точно. Из земли шли один в один, как там, только ходов тут два.
— Глядите в оба! Продолжайте поиск трансформатора. Нам нужно быстрее убираться с этой мёртвой горы, — сеанс закончился.
Мессия и Декан быстро посрывали с изуродованных трупов жетоны.
— Кстати, — «раскатовец» поправил съехавшие очки, — я видел ещё одну дверь, в подсобке. Она на улицу ведёт, к забору. Там какая-то решетка.
— А провода видел? — Джигит всё ещё не отводил ствол от пахнущей сыростью дыры в грунте.
— Я туда не выходил. А с порога не видно ничего.
Настя бросила взгляд на бурую землю и повернулась к Джигиту:
— Егор, пошли. Они бы уже напали на нас, — в её голосе присутствовала настойчивость, подпитываемая страхом.
— Ладно. Где там дверь, говоришь?
Все трое по очереди вышли из комнаты и тут снаружи прогремел сильный взрыв: «Бабах!».
Ударная волна разбила окна, все до единого. В казарму хлынул дождь из стеклянных осколков.
— Ааааай! — Насте показалось, что барабанные перепонки лопнули. Мессия открыла глаза, её сердце бешено стучало в груди. Через выбитые окна было видно, как ворота ангара немного подались вперёд, изогнув засов. В гарнитуре вовсю звучал голос командира:
— Четвёртое звено, держать позицию, не выходить из здания, обеспечить прикрытие третьему звену!
Декан отряхнулся от битого стекла:
— Их там могло нехило задеть, я сейчас, — он рванул к найденной кладовой в торце казармы. Вдалеке за синей распахнутой дверью стояла всё та же непонятная решётка, отделявшая от улицы.
«Комплект, где я тебя видел?» — взгляд Декана прыгал по коробкам на стеллажах подсобки, пока не наткнулся на санитарный набор: аптечку с расширенными запасами средств первой медицинской помощи — темно-зеленый деревянный ящик с красным крестом на фоне белого круга на крышке.
«Вот ты! Тут точно должно быть…» — подняв крышку, он еле успел заметить переливающееся чёрным и темно-фиолетовым цветом тело внутри ящика. Отвратительная вытянутая морда, покрытая узкими тонкими чешуйками, напоминающими когти, мгновенно бросилась к запястью бойца. Острые кривые белые зубы впились в руку, по канальцам клыков тут же побежал токсичный, разъедающий плоть яд.
— Аааааа! — Декан рванул пистолет из кобуры, и двумя выстрелами отстрелил голову уродливой твари. Отпущенная крышка придавила к борту извивающееся, будто червь, тельце. Место укуса стало жечь, глаза потеряли способность фокусироваться. Спецназовец упал на пол. Почти сразу тело сковали судороги. С каждым мгновением дышать становилось всё сложнее, сердце заныло острой колющей болью. Взгляд «раскатовца» переставал быть осознанным, связь с миром стремительно терялась.
— Декан! — Мессия сразу нажала на кнопку вызова на рации. — Это четвёртое звено, у нас раненый!
Настя обежала завал в центре комнаты, вытаскивая на ходу пистолет. Но он не потребовался — после удачного выстрела куски тела мелкого мутанта разлетелись по комнате, как брызги. Декан лежал в проходе, дёргался, из его рта лилась пена. Настя присела рядом, посветила раненому в глаза — зрачки маленькие, почти незаметные. Она начала лихорадочно обыскивать его карманы. Нащупав небольшой шприц зашептала:
— Сейчас, сейчас всё будет! — волнение в голосе девушки уже граничило с паникой.
Шприцев в кармане оказалось пять: маркировки трёх из них она легко опознала — сейчас они были не нужны. Непонятными оставались те, что с красной и синей полосками.
— Мляяяя! Да какой из них? — взревела Мессия и вколола в бедро раненого сначала содержимое одного, а затем второго шприца. Ничего не изменилось: Декан продолжал биться в судорогах, дыша часто и поверхностно.
Джигит прислушивался к шорохам и пискам, доносившимся всё это время из комнаты с подкопом. Он держал на мушке выход из санузла. Не меняя положения автомата, боец аккуратно присел за небольшую кучу мусора, сбоку от основного завала.
