Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него, и осознаю несколько вещей: он смотрит мне в глаза, он сидит очень близко… и мне это приятно. И вдруг резко это ощущение исчезает.
Я немного отодвигаюсь, снова смотрю на холмы.
– Послушай, Кайла. Думаю, нам нужно поговорить.
– О чем?
– О Бене.
Это имя пробивает в моем сердце дыру.
– А что ты знаешь?
– Что он пропал. И я слышал, что ты в этом как-то замешана. Что произошло? Мне ты рассказать можешь. Здесь нас никто не подслушает.
Я крепко зажмуриваюсь. Одна моя половинка жутко хочет поговорить об этом, все ему рассказать. Он поймет, ведь его отца тоже забрали лордеры.
Но другая половинка – Рейн – говорит: нет. Не доверяй. Никому и никогда.
Я качаю головой и смотрю на Кэма. В его глазах разочарование.
– Что ж, захочешь поговорить – я рядом. И… я понимаю…
– Что именно?
– Мы просто друзья, не больше. На этот счет не волнуйся. Я не буду к тебе подкатывать. Хорошо?
Я смотрю на него и вижу только дружеское участие.
Да уж, как же!
Но я принимаю его слова на веру. Пока.
– Значит, друзья? – улыбаюсь я и протягиваю руку.
Поздно вечером в доме тихо. Отец уехал. Он остался на ужин, а после того как мы с Эми поднялись к себе наверх, они с мамой о чем-то спорили в кухне. Голоса они не повышали, но в тоне нельзя было ошибиться. Потом зазвонил телефон, и он уехал.
Меня неудержимо тянет рисовать: больница, башни, новые охранники у ворот – все это находит воплощение на бумаге. Меня интересует, зачем компьютеры и телефоны сделали проводными. Мама сказала, что сегодня ее мобильный там не работал, хотя обычно работает.
У моего «Лево» свои секреты. Я кручу его и так и сяк на запястье и ничего не чувствую. Негоден с тех пор, как ко мне вернулись воспоминания.
Вернее, часть воспоминаний. Хотя я помню котенка на день рождения. Я бы не смогла вспомнить, если бы Люси исчезла навсегда, как сказал Нико. Ведь так? Я разглядываю свою левую руку, шевелю пальцами, теми, что были сломаны, как было сломано мое «я». Сломанные пальцы привели к раздвоению личности? Я вздрагиваю, представив кирпич, и крепко стискиваю руку.
Возможно, если бы я не увидела Люси на сайте ПБВ, я бы о ней даже и не вспомнила. Нико должен знать больше, но внутренний голос говорит мне: не спрашивай. Он показался мне каким-то странным, когда я спросила его про Люси, – на лице его отразилось удивление от того, что я знаю, кто она была, и что-то еще.
Нико сказал, что сделал это, чтобы защитить меня, так как я была особенной, что его жестокость была вызвана желанием спасти меня. Но почему я особенная?
Зачем он разыскал меня в моей новой жизни? Не могу даже представить, что я могу сделать для «Свободного Королевства» такого, что стоило бы подобных усилий. Должно быть что-то еще. Я должна узнать.
Медлю в нерешительности. А почему бы и нет? Встаю с кровати и запираю дверь. Нажимаю кнопку с тыльной стороны своего «Лево».
Проходит несколько секунд. Потом раздается едва различимый щелчок.
– Да? – отвечает он.
Трепет возбуждения пробегает по мне при звуке его голоса, когда он говорит мне, где мы завтра встретимся. Нелепый восторг охватывает меня при мысли, что я увижу его. Он уже явно не злится на меня за то, что свалила на него Тори. Голос сдержанный, но довольный, и я испытываю облегчение. Потом слышу смех Тори на заднем плане.
– Ты точно не против? – Мама с сомнением приостанавливается в дверях, держа в руке зонтик.
– Точно, точно. Ступай.
Мама идет к тете Стейси на долгий воскресный обед; за ней заехала подруга с бутылкой вина. Вернется не скоро. А Эми проводит день с семьей Джазза. Дом пуст, и нет нужды сбегать тайком.
Сначала я думаю позвонить Нико и попросить забрать меня где-нибудь поближе, но потом отказываюсь от этой мысли. Там всего лишь моросит, ничего страшного, и он вряд ли отнесется к такому моему предложению одобрительно.
Я ищу наверху какой-нибудь дождевик, когда раздается стук в дверь. Встав сбоку от окна, осторожно выглядываю и вижу, что это Кэм под зонтом. От него может оказаться трудно избавиться, да и в доме темно и тихо. Пусть думает, что никого нет. Я молча жду, и в конце концов он сдается и идет обратно через дорогу.
Я складываю рисунки, которые подготовила вчера для Нико, планы внутренних больничных помещений. Заворачиваю их в пластик, чтобы не намокли, и прячу во внутренний карман.
Немного поразмыслив, оставляю короткую записку: «Пошла прогуляться». Просто на случай, если мама или Эми вернутся рано, чтобы не волновались и не поднимали шум.
Решаю, что выйти лучше через заднюю дверь на тот случай, если Кэм наблюдает и начнет допытываться, почему я ему не открыла. Путь через задний двор в такую погоду не слишком приятен. Я вздыхаю. Выйдя из дома, прохожу через наш длинный, размякший от дождя двор, потом пролезаю сквозь чахлую живую изгородь и продираюсь сквозь заросли ежевики на тропинку, которая кружным путем выводит меня к дороге.
– Ты промокла, – говорит Нико и заставляет меня ждать под дождем, пока он достает сзади полотенце и расстилает на пассажирском сиденье.
