Захрустела спина, голова едва не вывернулась в обратную сторону. Старг нахлебался собственной крови из разбитых губ, застонал. Вокруг всё кружилось и падало в пропасть. Тошнота подкатывала к горлу. Но вся боль вмиг прошла, улетучилась, когда над воином нависла громадная тень. Занося за голову обрубленный топор, кочевник ухмылялся. Старг пытался ползти, но спасения не было. Он уже видел, как опускается рука дикаря, слышал свист тяжёлого топорища, почувствовал, как с треском проламывается его череп, как кровь хлыщет по сторонам, когда подоспела подмога.
Сир Роман перехватил руку гиганта. Кочевник удивлённо смотрел на хрупкого пришельца, что одной рукой выворачивал его предплечье в обратную сторону. Ломалась кость, хрустели суставы, разрывались скрытые мускулами связки, а дикарь безумно разглядывал нового врага, не в силах поверить в такую мощь.
Сир Роман выхватил топор из переломанной конечности халирца и по обух всадил оружие ему в голову. Не дожидаясь пока враг упадёт, пришелец ударил прямой ногой по могучей груди. Огромный дикарь, будто кожаный мяч, отлетел до самой стены, сваливая с ног десяток ордынцев. Только теперь Старг понял, что стену стражники потеряли и битва кипела на всём козырьке.
Сотника вдруг подхватили сильные руки и потащили в туннель. Впереди выстраивалась жидкая фаланга, прикрывающая отступление раненных. У стены бились пришельцы. Сир Роман и сир Дмитрий неистово размахивали копьями, сдерживая напор степняков, чтобы у воинов было время построиться.
Спустя миг тёмные своды подземелья нависли над головой оглушённого сотника. Ворота отодвигались всё дальше, пока густая тьма не забрала его в свои чертоги. Боль ушла. Крики смолкли. Битва для Старга окончилась.
Очнулся Старг в темноте. Рядом кто-то стонал и беспрестанно ворочался. Ослабшими руками сотник ощупал грудь и живот, проверил ноги и лишь потом попробовал встать.
— Ну-ну, не свались только Гриму на голову, — пророкотал рядом басистый голос, показавшийся Старгу знакомым. — Он и так вот-вот отойдёт на Ту Сторону, не усугубляй страданий бедняги.
— Кори, это ты? — узнал Старг целителя. — Где мы? Как долго я был без чувств?
— Да всё там же, сотник, — проскрежетал собеседник. Теперь Старг заметил натугу в его голосе. — Мы в туннеле, у самых ворот. Едва ли три хиски прошло, как я тебя сюда затащил.
Глаза привыкли к темноте и Старг сумел осмотреться. Где-то вдали, в глубине подземелья, на стенах горели несколько факелов. Холодные своды нависали над головой, придавливая рассудок всей массой неприступной горы. Ворота были закрыты.
— Ты… я вижу, оклемался? Быстро. Видать, Керит с тобой ещё не закончил. Что ж, мне хлопот меньше. Погоди пока, посиди смирно, мне нужно подлатать Лука, сильно гады ему ногу порезали, крови натекло, как из бочки. Потом тобой займусь.
— Я в порядке, не трать на меня времени. Скажи лучше, как битва закончилась?
— Плохо, — прошептал лекарь, не глядя на Старга. — Все там остались, — указал он рукой на ворота. — Только господа сюда прорвались с боем, ну и семеро подранков, которых я на горбу притащил. Ты был среди последних.
— А где пришельцы сейчас?
— У ворот, пытаются придумать, как нам быть дальше.
— Керит всемогущий… Как же так? Как же?.. Грони! — вскрикнул Старг, снова пытаясь подняться. — Кори, что с ним стало? Он был ранен, а потом… битва, халирский великан, я думал умру… а потом… потом…
— Да живой он, — рявкнул лекарь из темноты. — Но плохой, скажу честно. Я бы не поставил на то, что он протянет до утра. Но пока ещё дышит. Крепко ему алебардой досталось. Я видел.
— Где он?
— Присмотрись к стене, он за тобой в трёх шагах.
Старг прополз несколько ломтей вдоль стены. Рядом с ним истекал кровью ещё один полуживой латник. Разглядеть лицо воина в темноте Старг не смог. Грони отыскался чуть дальше, он лежал на полу. Парень хрипло дышал. Кираса на груди темнела кровавыми разводами. Старг едва сдержал слёзы, при виде беспомощного, израненного друга.
— Всё обойдётся… вот увидишь. Ты только держись, не сдавайся, слышишь? Я тебя не оставлю. Никогда! — шептал Старг, глотая слова.
За спиной послышались тяжёлые шаги. Кори и Старг подскочили на ноги, встречая господ. Сир Роман выглядел скверно. Лицо пришельца было всё измазано струпьями, он припадал на левую ногу, прижимая ладонь к окровавленному животу. Сир Дмитрий тоже хромал, но смотрелся немного бодрее.
— Старг, ты очнулся? — пропыхтел сир Роман, облокачиваясь на подставленный локоть собрата.
— Да, сир, я в порядке. Благодарю. Вы спасли мою жизнь.
— Жаль, остальных мы уберечь не смогли, — тяжело вздохнул в ответ пришелец.
— Сир, что нам делать дальше.
— У нас скверные новости, — проговорил сир Дмитрий. — Скоро кочевники придут в себя и начнут взламывать ворота. Потом они ворвутся в туннель. Мы планировали подорвать взрывчатку и обрушить им своды на головы, но…
— Но мы не сможем этого сделать, — закончил сир Роман. — Шнур отсырел. У нас не выйдет подорвать порох с безопасного расстояния.
— Сир, мы слабы в вашей грамоте, — склонил голову сотник. — Что означают ваши слова?
