— Сюда принесло Эдамора Карея! — внезапно севшим голосом известил Тенька, все больше понимая, чем им это грозит. Эдамор Карей не какой-нибудь разбойник, даже убийственный Климин взгляд на него не действует.
Клима малость изменилась в лице, быстро выглянула из-за валуна и тут же спряталась, потому что в ее сторону полетела стайка сосулек, от которых валил пар.
— Откуда он здесь взялся?
— Н-не знаю, — шепнул Тенька, вслушиваясь в хруст снега под сапогами кумира и понимая, что это конец. — Наверное, как и мы, решил на капище заглянуть. Хороший колдун ни одного капища в пути не пропустит. А может, он тебя искал. У него дар: находить потерянные вещи…
— Сдавайся, "обда", — бархатно и лениво произнес Эдамор Карей, подходя все ближе и ближе. — Тебе деваться некуда.
— Это мы еще посмотрим, — сквозь зубы выдохнула Клима, с которой на сегодня проигрышей было достаточно. — Тенька, атакуй его.
— Эдамора Карея?! — на Теньку было жалко смотреть. Какая там атака! Унять бы дрожь.
— Плевать! Карея, Верховного Амадима, хоть малиновую крокозябру, быстро!
Но Теньке было не плевать. Даже губы побледнели, а глаза распахнулись широко-широко и в них застыл ужас.
— Это же бесполезно… совсем…
— Здесь я решаю, полезно или нет! Давай!
Валун был очень большой, а Эдамор Карей никуда не спешил, поэтому, когда он приблизился и начал обходить преграду, Клима и Тенька стали огибать свое укрытие с другой стороны. Это выглядело как жест отчаяния.
— Климэн Ченара, не будь ребенком. Мы не в догонялки играем. У меня хорошее настроение, и я пока оставляю тебе шанс принять поражение с гордо поднятой головой…
— Атакуй, Тенька, чтоб тебя! — шипела Клима.
Но Тенька только пятился.
— Не могу, не могу… он же… не могу…
— Можешь, тридцать четыре смерча! Должен! Твоя обда в опасности!
— Нет, нет… — Теньке казалось, что он спит и видит страшный сон, от которого не получается очнуться. Как во сне, мысли онемели, кружилась голова, а колени подгибались. Немыслимо, невозможно, в голове простреливают какие-то обрывки формул и все больше крепнет осознание, что ни крокозябры он, Тенька, в колдовстве не смыслит, и сейчас достижимая вершина по имени Эдамор Карей запросто раздавит его своим широким подножием, как маленькую глупую букашку.
— Прекрати истерику!!! — взревела Клима, пихнула его, прижимая к валуну, и отвесила тяжеленную пощечину. И еще одну. И еще. А потом с невиданной силой схватила за плечи, развернула и вытолкнула перед собой. — За меня и родину! Сейчас же! Убью!
— Не получится, — одними губами выдохнул Тенька, но Клима его услышала, и как будто прямо в голове раздался ее высокий повелительный голос:
— Получится. Я так сказала.
Они больше не пятились, и Эдамор Карей наконец-то нагнал их. Посмотрел на встрепанную рассерженную обду, затем перевел взгляд на худенького перепуганного мальчишку с красными отпечатками ладоней на бледных щеках. Лучший колдун Принамкского края отличался немалым ростом, поэтому Тенька не доставал ему и до плеча.
Они глядели друг на друга долю мгновения, но Теньке показалось, что не меньше пары минут.
— Я атакую? — зачем-то спросил он дрожащим голосом, словно боясь без разрешения покуситься на эдакую святыню.
— Атакуй, — фыркнул Эдамор Карей, на всякий случай прищуриваясь, чтобы разглядеть и пресечь любые мало-мальски серьезные поползновения юного коллеги.
Сердце Теньки, судя по ощущениям, ухнуло не просто в пятки, а глубоко в землю. В голове по-прежнему было пусто, ни единой формулы, но тело уже действовало само: резко расставить руки, взмахнуть, дунуть, преломить третий вектор приложения, поменять там и здесь, чтобы твердая глыба воздуха обрушилась вниз — секунда, и…
Эдамор Карей пошатнулся и схватился за голову.
Тенька, до последнего уверенный, что ничего не выйдет, разинул рот. Кумир не упал замертво, не убежал, не признал свое поражение, но ПОШАТНУЛСЯ. И этого было почти достаточно. Судя по физиономии Эдамора Карея, тот не верил в Теньку еще больше его самого и сейчас тоже был крайне изумлен.
Первой опомнилась Клима — она как раз ни в ком не сомневалась. Схватила Теньку за рукав и бегом потащила к лошадям.
Вторым опомнился Эдамор Карей.
— Ну уж нет! — заорал он, трогая набухающую шишку. — Стоять!
Вслед беглецам поднялась высоченная волна снега и покатилась, словно по воде, нагоняя.
Тенька не опомнился вообще. Но Клима влепила ему еще одну оплеуху и снова развернула к опасности лицом.
Снежная волна ударилась о невидимую стену и рассыпалась, оставив после себя лишь несколько крупных дюн.
— Не смей колдовать против обды! — выкрикнула Клима.
— Ты не обда! Ты самозванка и никуда отсюда не уйдешь! — много лет не знавший колдовского отпора, Эдамор Карей был раздосадован двумя неудачами подряд.
Кони захрипели и повалились навзничь, истекая кровавой пеной, а по краям поляны выросли толстенные заслоны из сухого льда.
— Вот это да-а… — зачарованно прошептал Тенька. — Вот это мастер… Как же он это делает?..
Но тут на него обрушились еще три пощечины подряд, и стало не до восхищения мастерством противника.
