И сейчас слишком многое жгло из-за чего я, даже желая остановить Лонго, в итоге этого сделать не смогла. Эмоционально не была в состоянии произнести хотя бы слово. Просто шла за ним. Пыталась делать глубокие вдохи.
- Ты дрожишь, - Лонго остановился и наклонился ко мне, кажется, заметив, тот рванный, судорожный взгляд, который я бросила на входную дверь. Это произошло само по себе. Просто, годами вход в этот особняк был для меня словно входом в ад.
- Нет. Тебе кажется, - выдыхая, я мысленно дала себе сильную пощечину. В сознании закричала на саму себя, заставляя взять себя в руки.
Лонго положил ладонь на мой затылок и, наклоняясь своими губами прикоснулся к моей щеке. Это был не просто поцелуй. Что-то нежное, но по ощущениям как разряд тока, прошедший по всему телу. Так, что я, вздрогнув, сделала глубокий вдох, словно до этого вовсе не дышала.
Лонго отстранился и я, широко раскрыв глаза, хотела спросить зачем он меня поцеловал, но, в итоге не произнесла ни слова. Все так же держа меня за руку, он пошел дальше и я последовала за ним.
Холл уже был украшен к празднику. Тут все было в свежих цветах. Нежных, красивых, но вызывающих у меня лишь отвращение.
Метео усадил меня на диван и сел радом, положив руку на мою коленку. Он вел себя так, словно этот дом принадлежал ему, но, смотря на Лонго я ощущала в нем ту мрачность, которую в Матео раньше не видела. Она чернотой проходила по душе. Давящей тяжестью заполняла пространство и казалась по-настоящему ужасной.
- Приведите сюда хозяев дома, - Лонго отдал приказ тем мужчинам, которые сейчас находились в холле.
Одна из служанок, выйдя из коридора, испуганно посмотрела на нас. Сначала оторопела и, не понимая, что делать, тут же побежала обратно.
- Прислуге не причинять вред. Заприте их на кухне, - безразлично сказал Лонго и мужчины тут же выполнили его приказы. Без единого лишнего движения или шума. Жестко. Жутко.
Не прошло и трех минут, как послышались визги. Это был голос мачехи, доносящийся со второго этажа.
- Да как вы смеете! Кто вы вообще такие? Отпустите немедленно! Моя охрана вас… – подобных слов было множество. Переплетенных с яростью и истошным страхом.
Но мужчины явно не обращали внимания на ее крики и уже вскоре спустили Илерию вниз так, словно она являлась тряпичной куклой. И, если бы ее не удерживали, мачеха, наверное, уже несколько раз упала бы с лестницы.
Ее протащили по холлу и поставили на колени в одном метре от дивана. Наверное, Илерия как раз вовсю готовилась к празднику. Прическа уже сделана, но сейчас пряди торчали в разные стороны. Возможно, ее как раз красил визажист, ведь была сделана лишь часть макияжа – губы и один глаз. Но и то уже смазанное. Из одежды на ней пока что виднелся шелковый халат.
Лицо мачехи было перекошенным. Непониманием, ужасом, гневом, но, стоило ей увидеть меня, как ее черты вовсе исказились.
- Мирела? Что это вообще значит? Да ты хоть знаешь, что с тобой за такое будет, ты мелкая дрань! – уже теперь ее голос исходил едкой яростью. Мачеха резко попыталась подняться на ноги, но мужчина, стоящий за ее спиной, грубо надавил ей на плечо, заставляя рухнуть обратно. – Что ты задумала? Немедленно убери этих, иначе…
- Это мои люди и тебе стоит разговаривать со мной, - ледяной, тяжелый голос Матео разрезал атмосферу в холле. Заставляя мачеху вздрогнуть и посмотреть на него. Насколько же сильно изменился ее взгляд. Губы дрогнули. Эмоции на лице поплыли.
- Ты… - произнесла она лишь одними губами.
- Знаешь, кто я?
- Да… О тебе теперь говорят больше, чем о твоем отце. Матео Лонго, - произнесла мачеха на выдохе. Она больше не пыталась подняться. Выглядела более притихшей. – Я не понимаю, какие у тебя могут быть дела с ней, - Илерия кивнула на меня. Но, увидев ладонь Лонго, которую он держал на моей ноге, нервно прикусила нижнюю губу. – Но… она мусор. Избалованная, никчемная девчонка. И у нее нет чем расплатиться с тобой. А я… у меня есть защита. Я сотрудничаю с Аугусто Бользонаро. Убери своих людей и я объясню тебе все. Эта девчонка явно наговорила тебе непонятно что.
Мужчина стоящий за мачехой, заломил ей руку за спину и заставил лицом уткнуться в пол. Так что она болезненно, испуганно вскрикнула, содрогнувшись всем телом. Кое-как поднимая панический взгляд на Матео. Даже в этом не было ни одного лишнего движения. Лишь беспомощность, унижение обычно высокомерной мачехи. У меня даже в голове не укладывалось, что она, обычно возвышенная, преподносящая себя, как что-то недостижимое, может выглядеть и так.
- Миреле не нужно расплачиваться со мной. Я ей принадлежу, - Лонго вторую ладонь положил на подлокотник и от того, как он смотрел на Илерию, даже мне было не по себе. – А тебе следует следить за своими словами и за тем, что ты говоришь о ней.
- Ты… с ней в отношениях? – мачеха спросила об этом судорожно. Рвано. Ногтями царапая мрамор на полу.
- Больше. То, что между нами происходит нельзя обозначить настолько банально, как просто «отношения».
