Я настолько безнадежна? На своих ошибках вообще не учусь? Даже вот теперь вновь общаюсь с Лонго. Секреты ему свои рассказываю, несмотря на то, что еще месяц назад он меня разбил и в грязи утопил.
- Насчет того, почему я вообще хочу поехать на помолвку своей сестры, - я закрыла глаза. И почему я не чувствовала к Матео того отторжения, которое во мне логически должно быть? Ведь сестер и мачеху я всей душой ненавижу. Хотя то, что сделали они ни с чем несравнимо.
Я пересказала Матео свой разговор с мачехой. То, что она намерена забрать мой участок во Фьезоле, для того, чтобы там построить дом для Джины и Северо. Естественно, я этого делать не собиралась.
- Как видишь, я не особо страшна и, во всяком случае сейчас, своим видом и положением ничего не внушаю. Возможно, я бы все равно сама смогла бы разобраться с мачехой. Все-таки, теперь у меня есть деньги для того, чтобы нанять людей. Но у нее имеются связи и ее положение. Мачеха годами шла к тому, что сейчас имеет, а я только пытаюсь подняться на ноги и… Думаю, ты можешь стать для нее преградой. Я не прошу многого. Просто притвориться моим парнем на помолвке моей сестры. Этого будет достаточно, чтобы я получила время для того, чтобы подняться и уже лично не дать мачехе тронуть меня.
***
После окончания лекции, я пошла в общежитие и переоделась. В строгое платье черного цвета. После этого взяла пальто и вышла на улицу. Лонго уже ждал меня около своей машины.
До начала праздника было еще три часа, но я предложила поехать раньше. Поговорить до прихода гостей.
Когда мы подъезжали к нужному особняку, я поморщилась. Слишком неприятные воспоминания вызывало это место.
Но уже вскоре я обратила внимание на другое. Рядом с особняком мачехи стояло около десяти машин. Я сразу подумала, что это гости, но через несколько секунд до меня дошло, что это не так. Рядом с этими машинами находились верзилы работающие на Лонго.
- Это твои люди? – спросила, смотря в окно. – Зачем они тут?
- Для разговора с твоей семьей.
- Тебе не кажется, что это слишком? – я сильно напряглась. Не такого я ожидала. Даже стало немного не по себе.
- Нет. Все так, как и должно быть.
Нервные окончания обожгло и, пальцами до онемения сжимая тонкий ремешок сумочки, я вновь напряженно посмотрела в окно. На машины и на стоящих рядом с ними мужчин. Каждый из них словно скала из стали. Все одетые в строгие костюмы, черного цвета. И чем больше я смотрела на них, тем сильнее у меня по коже бежал холодок.
- Что именно ты собираешься делать? - оборачиваясь к Лонго, я, будучи напряженной, запястьем случайно задела змейку на пальто, ею слегка царапнув кожу.
- Все, что хочется.
От этих слов стало особенно жутко. До такой степени, что сердце сжало в тисках.
- Не нужно, пожалуйста. Я не знаю, что ты…
- Тебе не стоит переживать. Я ничего особенного делать не буду, - Матео вышел на улицу и, обойдя машину, помог мне спрыгнуть на идеально ровный тротуар.
Я хотела сказать, что то, что сейчас происходило, совершенно не было похоже на «ничего особенного» но не успела. К Матео подошел один из мужчин. Лет сорока. Внушительной, даже устрашающей внешности, но с явной преданностью перед Лонго. Я впервые видела Матео в такой среде и почему-то мне становилось не по себе. Словно я затронула то, что трогать ни в коем случае нельзя.
Их коротко сказанные друг другу фразы я не поняла. Лонго с этим человеком разговаривал на другом языке. Причем так, словно не итальянский, а именно этот язык для него был родным. И я, слушая тяжелый, низкий голос Матео и слова, значения которых не понимала, еще более отчетливо осознавала, что совершенно его не знаю.
Они сказали друг другу еще пару коротких фраз, после чего Матео посмотрел на нескольких мужчин, стоящих рядом с ближайшей машиной. Это был лишь взгляд. Ни одной фразы, после чего они направились к воротам. Открыли их и вошли на территорию сада. Тут же появилась охрана моей мачехи, но им, без каких-либо усилий, словно они являлись какой-то незначительной мелочью, руки заломили, после чего вовсе лицом уткнули в газон.
- Пошли, - Лонго протянул мне руку. Будучи растерянной, я задержала дыхание, но почему-то положила свою ладонь в его. Я вообще не сразу поняла, что это сделала. Осознание вспышкой тока, дошло лишь в то мгновение, когда жар его руки обжег до пепла.
Но почему-то я не отдернула руку. Вместе с Лонго пошла к воротам, смотря на то, как его люди, уже пройдя через сад, открыли дверь особняка и вошли внутрь. Кто-то остался снаружи. Некоторые мужчины вовсе обошли строение. Создавалось ощущение, что они собой заполняли все пространство.
- Ты должен понимать, что моя мачеха воспримет это, как объявление ей войны, - вместе с этими словами, я уже теперь сама пальцами сжала огромную ладонь Лонго. – Пожалуйста, не стоит. Я позже сама со всем разберусь.
