Место рядом с ней на скамье подсудимых пустует. Здесь должен был сидеть генерал Скоблин — тот, кого обвиняют в совершении преступления. На фотографиях и по описаниям тех, кто знал его, это крепкий, стройный для своих лет человек. Простое, ничем, пожалуй, не запоминающееся ординарное лицо офицера. Округлый подбородок, усики, набриолиненные короткие волосы, ниточка пробора слева. Статский костюм, сшитый безукоризненно у лучшего портного. Уголок белого платочка в нагрудном кармане, придающий офицеру несолидный и легкомысленный вид.
Скоблин, генерал-майор, участник пятисот боев гражданской войны. Имя его широко известно и достаточно популярно в Добровольческой и Русской армии. Начальник привилегированной Корниловской дивизии, которой он командовал еще при Деникине и Врангеле. И однако в 1923 году Врангель по непонятным причинам отрешает Скоблина, от командования полком. Существовало несколько версий этого происшествия. Все — крайне неблагоприятные для генерала, однако ни одна не получила никаких убедительных доказательств. В 1929 году генерал Кутепов столь же безосновательно и внезапно восстановил Скоблина в прежней должности...
Последний период командования Скоблина ознаменовался с одной стороны, исключительно ценной в тех условиях консолидацией сил полка и необъяснимым разгоном старшего офицерского состава. Целый ряд наидостойнейших штаб-офицеров, причастных к известным боевым кампаниям и создавших славу гвардейцев-корниловцев, был вынужден оставить полк из-за резких разногласий с его командиром. Последние два-три года Скоблин, по общему мнению, не внушал к себе ни доверия, ни симпатии офицеров всего Первого корпуса. Все громче раздавались голоса, обвиняющие генерала в двоедушии и тайной деятельности в пользу неизвестных партий или хозяев. Особо поражены его странным поведением начальники частей корпуса, собравшиеся в 1935 году для выработки и предоставления, командующим доклада о необходимости проведения срочных реформ в РОВСе. Уже тогда Скоблин, как было отмечено позднее, вел двойную игру. Он всеми способами разжигал недовольство генерала Миллера и всячески интриговал против него, донося с «черного хода» ложные сведения о конфиденциальных заседаниях командиров частей корпуса, облыжно оговаривая совершенно неповинных людей и в то же время оставаясь в дружеских отношениях с командующим. Скоблин располагал определенными средствами и не скрывал это. Он хитро привлекал на свою сторону молодых офицеров, всегда противопоставляя себя Миллеру и намекая, что после таинственного исчезновения Кутепова именно он, Скоблин, его заместитель, должен был возглавить Российский Воинский союз. О двойной игре Николая Владимировича некоторые друзья не раз предупреждали Миллера, однако недостаточно единодушно и энергично — из-за неправильно понимаемого ими чувства боевого товарищества и реакции самого начальника РОВСа, полностью доверяющего своему заместителю Скоблину.
В конце февраля 1935 года Скоблин и Плевицкая попадают в автомобильную катастрофу неподалеку от входа в Венсенский зоологический сад. Вел мотор генерал. В интервью журналистам он охотно и подробно рассказывал о происшествии: «Мы ехали на своем авто в Париж нормальным ходом, не ожидая никаких неожиданностей. Было еще светло. Внезапно я увидел на шоссе слева грузовик, шедший на большой скорости. Со страшным грохотом он врезался в сторону. От удара я и Надежда Васильевна были резко отброшены вправо. Несмотря на довольно поздний час к месту происшествия мгновенно сбежались люди. Они извлекли нас из-под обломков и доставили в госпиталь в Сент-Уане. Надежда Васильевна, раненная в голову, находилась в глубоком обмороке. Я, прижатый к стенке автомобиля, получил, как выяснилось, трещину ключицы и перелом лопатки.
«Нас спасла от гибели икона Умиления Божьей матери, которую мы при наших поездках в авто всегда возим с собой, — дополняет мужа Плевицкая. — И в день катастрофы я положила ее в карман левой дверцы. Удар пришелся как раз с той стороны. Как же после этого не верить в чудо!.. Интересно еще то, что, когда мы недавно посетили с мужем вечер дроздовцев, гадалка-француженка предсказала мне, что я проживу долго. Но узнав, что я езжу в автомобиле, она вдруг подняла палец и пророческим тоном произнесла: Attention! Attention![11]»