Он и сам в это не верил. Такая возможность представлялась ему маловероятной. Ему было хорошо с этой женщиной, он находился как бы в перманентном возбуждении.
«Еще ни одна женщина не приводила меня в такое состояние», — думал он и был искренен с самим собой.
Судя по всему, и он ее удовлетворял. Так что никаких оснований для опасений не было.
Сергей продал дом и купил машину «Москвич» — хотя и не новую, но еще очень хорошую. Теперь исполнилась его старая мечта водить машину. Заработков протезиста вполне хватало для того, чтобы содержать машину и покупать нужные детали.
— Почему ты не работаешь со взрослыми? — как-то спросил Сергей жену. — Ведь на детях много не заработаешь.
Он имел в виду, что детский зубной врач, как правило, принимает детей организованно — из школ, детских садов. Родители приводят своих детей, как правило, редко.
Ничего серьезного у детей с зубами обычно не бывает, и родителям не приходит в голову что-либо заплатить или подарить доктору. Поэтому детский стоматолог сидит на одной зарплате.
Иное дело, если ты лечишь зубы взрослым. Тут все по-другому. Пациенты бывают разные. И на десять бедных старушек приходится всегда один богатый человек, который готов заплатить приличные деньги за то, чтобы все было сделано без боли и с гарантированным качеством.
Бывшие советские люди еще в большинстве своем не осознали, что «лечиться даром — это даром лечиться»… И бесплатно хорошо не бывает. Все-таки со взрослыми пациентами во всех отношениях спокойнее.
И тогда Ирина в ответ на вопрос мужа вдруг сказала такое, что он чуть было не подпрыгнул. Сначала он решил, что это какая-то профессиональная шутка. Не могла же Ирина сказать такое серьезно.
А сказала она буквально следующее:
— Конечно, лечить зубы взрослым и выгоднее и легче. Но ты знаешь… — Ирина замялась, подыскивая нужные слова. — Ты знаешь, когда я лечу зубы детям, мне это доставляет удовольствие. Даже не знаю, что тогда со мной происходит. Но я уже давно это заметила.
— Что ты имеешь в виду? — спросил Сергей, заметив на ее лице при этих словах какое-то странное мечтательное выражение.
— Я имею в виду, что мне доставляет удовольствие лечить детям зубы, — спокойно ответила Ирина. Потом чуть подумала и добавила: — Во время лечения я невольно причиняю боль. Ну, ты понимаешь, это неизбежно в стоматологии… Так вот, когда я причиняю ее и ребенок в кресле кричит, то тогда я даже не знаю, что на меня находит… Я испытываю не то, чтобы радость, но какое-то волнение в крови.
— Да? — удивлению Сергея не было предела. — Ты серьезно это говоришь?
— Конечно, — сказала Ирина. — В моем теле появляется дрожь, как будто я. испытываю желание… Ты понимаешь, что я хочу сказать… Это как половое возбуждение. То же самое.
Серей молчал, как бы ждал продолжения откровений жены. Но она молчала, прислушиваясь к себе.
Потом она сказала, как будто себе в оправдание:
— Нет, ты не подумай… Ты не подумай ничего особенно плохого. Я не причиняю боль намеренно. Нет. Я, конечно, все равно стараюсь сделать все так, чтобы ребенку не было больно. Так нас учили. Просто в последнее время, когда я приобрела опыт, мне становится сделать это все труднее и труднее.
— Что ты хочешь этим сказать? — спросил Сергей, хотя уже прекрасно понимал, что имеет в виду Ирина.
— Я стараюсь избежать боли для ребенка, — объяснила жена. — Но в то же самое время, я понимаю, что если ребенок в кресле закричит от боли, то я испытаю некое наслаждение… Мне очень трудно бороться с этим. Именно из-за этого я и работаю детским стоматологом.
Сергею было непонятно, как можно продолжать работу на этом месте. Непонятны были ему устремления Ирины. Но он решил, что со временем разберется в этом самостоятельно.
Случилось, однако, так, что ему не удалось этого сделать. Обстоятельства разобрались с ним самим…
Сергею наскучило однообразие. Не то, чтобы ему не хватало секса. Нет, чего-чего, а секса в его жизни хватало. Нет, ему стало скучно каждый вечер удовлетворять женщину, про которую он уже все знал. Знал, чего она хочет, чего желает от жизни, к чему стремится… Что нужно ей для того, чтобы испытать оргазм...
Сергей стал заглядываться на девушек так же, как и прежде, до женитьбы.
Это вовсе не означало, что он охладел к Ирине. Вовсе нет. Она, как и раньше, волновала его.
Правда, он иногда вспоминал их разговор, и ее признание в том, что касалось маленьких пациентов. Сначала Сергея это потрясло, и он не мог уложить такую возможность в своем сознании, но потом… Потом эта сторона натуры жены даже стала интриговать его…
Ему было совершенно очевидно, что ее желание причинять боль имеет сексуальную причину. И теперь он часто с удовольствием и интересом думал о том, как его жена в своем зубоврачебном кабинете терзает малышей, как они плачут, а она испытывает возбуждение…
Но бес все-таки попутал молодого мужа. Однажды он освободился с работы рано. Гораздо раньше обычного.
