— Как можно в это поверить? — сказал он. — Продать такие вещи, как та икона и коллекция бронзовых печаток, — это событие. К нему человек готовится долго, он созревает. И во всяком случае сообщает об этом ближайшему другу. Кроме того, это быстро сделать вообще невозможно ввиду большой ценности вещей. То есть мгновенно найти покупателя просто мало вероятно.
— Но Вася мог сделать это быстро, — сказал я. — У него же были большие связи.
— Конечно, — кивнул согласно Боря. — Как и у меня… То есть я узнал бы об этом через полчаса… Никто же до сих пор ничего об этих вещах не знает. Где они?
— А как вы думаете?
— Я не знаю, — признался Боря. — Скорее всего, они у Ларисы. Она, вероятно, пожалела отдавать эти вещи. Решила, что мужчины у нее в жизни еще могут быть, а такие ценности — вряд ли. Так что я не исключаю, что вещи у нее…
— А Вася в могиле, — заключил я.
— Именно, — произнес Боря. — Ценности у жены, а муж — в могиле. Вот ведь какой каламбур получился.
Я подумал, все взвесил.
— Нет, — наконец сказал я. — Это вряд ли… Она сегодня попросила у меня денег взаймы. Триста тысяч. Человек, у которого оказались такие ценности в руках, триста тысяч просить в долг не будет. Тем более, у меня.
— Для отвода глаз, — предположил Боря.
— Сомнительно, — ответил я. — Ей это было неприятно. Я имею в виду — просить у меня. Не такие у нас с ней отношения.
— Кстати, а вы не спросили у нее в ответ, где же деньги?
— Какие деньги? — не понял я.
— Ну, те, которые якобы получил Вася, якобы продав ценности… Она же сказала вам, что Вася незадолго до гибели продал икону и коллекцию. Так где же деньги, вы спрашивали?
— Спрашивал, — ответил я.
— И что же?
— И ничего. Она сказала, что не знает этого.
— Забавно, — сказал Боря и, встав, опять начал ходить по комнате. Потом остановился и спросил меня: — Вам налить еще чаю?
Я отказался. Тогда Боря покружил еще немного и произнес:
— Как вы относитесь к путешествиям? — При этом он не улыбался, а напряженно смотрел на меня остановившимися глазами, глубоко спрятанными в глазницы.
— Путешествиям? — удивился я. — А вы что, хотите пригласить меня в путешествие? Самое время, как мне кажется.
При этом я сразу же привычно оценил обстановку. Боря — одинокий мужчина. Не женатый, и следов пребывания женщины я в комнате не обнаруживаю. Значит, может оказаться «голубым»… А это, в свою очередь, означает, что нужно не расслабляться и быть осторожным. Как поется в современной бардовской песенке:
Боря заметил мое замешательство и, вероятно, понял его причину. Он улыбнулся.
— Да нет, вы совершенно напрасно беспокоитесь, — сказал он. — Я имел в виду совсем не это.
— Не что? — спросил я осторожно.
— Не то, что вы подумали, — сдержанно ответил он. — Я предлагаю вам совершить путешествие не в какое-то конкретное место. И не вместе со мной, а одновременно. Вы ведь понимаете разницу между совместным путешествием и одновременным?
— Понимаю, — кивнул я. — Теперь я понял, что вы имеете в виду. Так вот, смею вас уверить, что никакой иглой я тыкать себе в вену не дам. Ни обычной иглой, ни даже одноразовой. Так что спасибо за приглашение.
У меня с детства неприязнь к уколам. То есть я их терплю и спокойно переношу, если это уж так необходимо в медицинских целях. Но мысль о том, чтобы лезть себе самому иглой в вену на руке, — это не для меня.
— Что вы такое говорите, — обиделся слегка Боря. — Будто мы петеушники или бедные студенты-провинциалы… Никаких игл, разумеется. Какое путешествие вам больше нравится?
— А какой есть у вас выбор? — задал я встречный вопрос. Главное мое условие — отсутствие игл — было соблюдено, и я несколько успокоился. Может быть, подумал я, путешествие мне даже поможет пережить этот период жизни.
— Можно совершить путешествие в красное царство и можно в белое, — пояснил Боря, мотнув головой в сторону, тем самым как бы давая понять, что «ключи царств» находятся поблизости и могут быть быстро приведены в действие.
— Белое я вам больше рекомендую, — пояснил он еще. — Это — полегче, и вы быстрее вернетесь из него.
— У нас что — мало времени? — спросил я.
— Нет, что вы, — ответил Боря. — Времени сколько угодно. Просто я подумал, что, может быть, вам с непривычки будет тяжело путешествовать в красное царство. Лучше начинать с белого.
Он встал, подошел к столу, выдвинул один из ящиков и достал коробочку. Коробочка была маленькая, квадратная.
Боря протянул ее мне, и я открыл ее. Внутри она была разделена перегородкой из картона на два отделения. Одно из них было наполнено красными таблетками, а другое — белыми, обычного вида, вроде аспирина.
— Вам принести воды? — поинтересовался Боря, все еще оставаясь хорошим хозяином. Я отказался, так как в моей чашке еще были остатки чая. Правда, он остыл, но для такого дела подходил наилучшим образом.
— Так что вы предпочтете? — задал вновь вопрос Боря, видя мою нерешительность.
Я поднял к нему глаза и спросил:
— Я правильно полагаю, что мы закончили официальную часть нашей беседы? Больше вы ничего важного не имеете мне сказать?
