Напряжение в глазах старшего на мгновение ослабло, ствол пистолета дрогнул, и в этот момент Донован атаковал.
Он ударил главного двумя руками, заставив остальных броситься ловить падающего, а потом все было проще, чем на тренировочном уровне, и никто из «гостей» не успел даже попытаться защититься.
Донован проверил пульс у каждого и сделал беглый осмотр. У одного, похоже, были сломаны ребра, а у самого Донована рассечение на руке от удара о пряжку наплечной кобуры.
Привычно вытащив у троих ремни, он связал ими пленникам руки. У четвертого ремня не оказалось, и пришлось думать, чем его связать.
Оглянувшись, Донован увидел Мелани.
– Что здесь происходит? Кто эти люди и почему они лежат?
– Ошиблись дверью, такое бывает. Принеси, пожалуйста, какой-нибудь мой ремень, только попроще.
– Но откуда они взялись? – не переставала удивляться Мелани, однако все же ушла в дом и вернулась с запрошенной Донованом вещью.
– Мел, я просил попроще! – напомнил он. – Этот ремень от Бательери, он стоит триста рандов.
– Это самый простой, – заверила Мел, продолжая таращиться на поверженных гигантов и следя за тем, как профессионально, в несколько движений, Донован связал руки последнему нарушителю.
– У него кровь, Донни. И вон у того тоже. Они живы?
– Мел, у мальчика, за которым они гнались, тоже кровь, он сейчас в гостиной, пойди и окажи ему первую помощь, ты же вроде медсестра бывшая. И вызови полицию, мне ведь нужно куда-то их сдать.
С изможденным кабельным автоботом Суздалец расстался без сожаления. Уже за одно только это мучение – управление упрямой компьютеризированной машиной голосом – ему должны были простить все его служебные прегрешения.
За короткие минуты погони он вспомнил все самые действенные многоэтажные ругательства, другой язык автопилот не слушал и постоянно норовил связаться с сервером компании и стукануть на незнакомого дядьку.
Лишь хорошее знание города и оперативный опыт помогали Суздальцу оставаться причастным к происходящим событиям. Такси со свидетелем носилось по кварталам, какие-то бодибилдеры-маньяки преследовали его на микроавтобусе, попутно собирая все кусты и дорожные знаки, а Суздалец погонял своего мула примерно по диагонали этого растянутого поля боя и время от времени замечал промелькнувшее такси или подпрыгнувший на бордюрном камне микроавтобус.
Понимая, что в конце концов погоня переместится к заброшенной зоне бывшего причала, Суздалец, срывая голос, все же направил туда своего упрямца, но оказалось, что там начиналась необслуживаемая зона, и автобот попросту отключился, успев выдать короткое «мяв» из динамика автопилота.
К счастью, неподалеку оказалась стоянка частных автомобилей, и Суздалец сумел наконец в обстановке крайнего дефицита времени взломать противоугонную систему серого внедорожника с помощью найденной на дороге жвачки.
Нужно было лишь знать, какие окна в охранном датчике заклеивать, а какие оставлять открытыми. Обычный бином Авогадро. На нем построена вся логика противоугонных систем.
Отъехав от места охоты, Суздалец куском найденной в бардачке проволоки сумел замкнуть упрятанный в панели управления предохранитель спутникового маяка и после этого посчитал первый этап сегодняшней операции законченным.
Бутылки давно мешались под ногами, и, достав одну из них, он профессиональным движением свернул пробку и стал пить не нюхая, понимая, что запах может быть крайне неприятным.
Отпив примерно треть, он закрутил пробку, убрал бутылку и лишь после этого решился выдохнуть, отчего его так передернуло, что он ударился головой о стойку салона.
Пусть напиток оказался отвратительным, в голове заметно прояснилось, и у Суздальца возникло сразу несколько вариантов дальнейших действий, один изощреннее другого, однако, опираясь на свой запойный опыт, он понимал, что реальным является лишь самый первый, остальные – только фантазии, вызванные паленым алкоголем.
Вариант был простой – мчаться через заброшенную промышленную зону к морю, куда, ведомая страхом, побежит жертва, а за ней и загонщики. Наверняка все решит гонка по битой дороге, что шла по краю утеса.
Суздалец погнал трофейный внедорожник в этом направлении и вскоре стал замечать знаки того, что он был прав. То тут, то там валялись сломанные ветки и осыпавшиеся белоснежные цветы болотника. В некоторых местах на неровной дороге машины бросало так, что они вылетали на грунт, сбивали кору с молодых деревьев и неслись дальше. Но, похоже, уехали недалеко.
Увидев брошенный на обочине микроавтобус, Суздалец притормозил и, выдернув из петлевой кобуры пистолет, положил рядом с собой на сиденье. Выехав на обочину и подминая кусты, он ухитрился объехать микроавтобус справа, заметил открытую раздвижную дверь и пустой салон, а потом и уткнувшееся в дерево такси.
В заднем стекле такси всего одна пробоина, водителю этого хватило. А стрелял большой умелец, ведь работали на ходу.
