Прибавив газу, Суздалец поехал дальше и вскоре сквозь поредевшие кусты увидел внизу старые причалы и ряд туристических лодок, возле которых на обновленном куске пристани собралось человек пять, и двое из них в полицейской форме.
Сразу было видно, что они вызваны на происшествие, но несерьезное – лодки умыкнули, а значит, назначенный Суздальцу объект оказался не так прост и догадался сбежать на лодке. И качки уплыли за ним.
Куда они могли потом деться? Беглец – один, он напуган, их четверо, и они станут отрезать его от берега, ведь хватать его на переполненном пляже глупо.
Близкая догадка вилась где-то рядом, и Суздалец осязал ее практически руками, но вот в голове она никак не проявлялась.
Он вздохнул и остановил машину. Достал из сумки початую бутылку, приложился, вздрогнул, как полагается, и в этот раз его проняло прямо до слез – видать, гадское пойло еще и подпортилось.
– Чего же я хотел-то? – спросил себя Суздалец, завинчивая пробку. Сувенирный напиток его полностью перегрузил.
– Лаки Виллидж… – произнес он несмело. – А что Лаки Виллидж?
И тут наконец в голове прояснилось: Лаки Виллидж – самый богатый район в городе, где жили самые жирные тузы.
Там была частная охрана, какие-то особые обслуживающие сервисы. Словом, их облизывали по полной программе, и Суздалец вспомнил, что у Лаки Виллидж имеется свой кусок бухты. Если господина Крайчека квалифицированно отжали от берега с пляжем, ему останется только прорваться в эту часть бухты, а там как-то выброситься на берег и запросить помощи.
Так все, примерно, и может случится, если, конечно, парня не подстрелят, ведь как бодибилдеры умели этого делать, они уже продемонстрировали.
Впрочем, если бы хотели убить, сработали бы еще возле дома.
«А значит, задача другая», – подумал Суздалец и, запустив двигатель, погнал трофейную технику в город, прикидывая, каким маршрутом добраться до Лаки Виллидж, чтобы не попасть в предвечерний час пик.
Когда Суздалец подъехал к проходной элитного городка, за его шлагбаумом уже мигали разноцветными люстрами прибывшие машины полиции и «Скорой помощи».
– Давно приехали? – спросил Суздалец, останавливаясь возле домика охраны.
Молодой человек со строгим лицом внимательно посмотрел на высунувшегося из окна автомобиля гостя, потом взглянул на его приличный дорогой автомобиль и нехотя ответил:
– Семь минут назад.
– Надеюсь, обошлось без жмуров?
– Вроде обошлось.
Суздалец вышел из машины и, подойдя к окну дежурки, сказал:
– Дай по казенному позвонить.
– Не положено. Это только для сотрудников, – отказал охранник.
– Дежурному «городских», – пристально глядя на охранника, добавил Суздалец.
Тот еще раз окинул взглядом незнакомца, который выглядел как бездомный, недавно отмытый и одетый в костюм ограбленного им человека.
– Хорошо, – кивнул охранник, решив, что будет внимательно прислушиваться к разговору и, если что, отберет аппарат.
Он подал странному гостю трубку. Суздалец натянуто улыбнулся и, набрав нужный номер, сказал:
– Начальник, я у входа в Лаки Виллидж, но без удостоверения меня не пропустят.
– А какого хрена ты там делаешь? – поинтересовался Джонсон.
– Мой подохранный субъект оказался здесь из-за обстоятельств непреодолимой силы.
– Умеешь ты формулировать.
– Спасибо. Так что, отмажете меня перед местными «мешками»?
– Частники?
– Хорошо бы и перед муниципалами.
– А они там откуда? Что там вообще происходит?
– Чтобы доложить четко и по форме, я должен туда попасть. Так что?
Джонсон секунду подумал, а потом сказал:
– Передай трубку «мешкам».
– Это тебя, – сказал Суздалец, возвращаясь к окну дежурки.
– Меня? – удивился тот. – А кто?
– Возьми, и узнаешь.
Охранник осторожно принял трубку и, послушав секунд пять, вытянулся, как на строевом смотре.
– Так точно, сэр. Трезвый? – тут он покосился в сторону гостя. – Извините, сэр, я не принюхивался… Да, сэр… Слушаюсь, сэр… Спасибо…
Закончив разговор, охранник метнулся куда-то в угол дежурки, а Суздалец со скучающим видом ждал, облокотившись на шлагбаум.
– Мистер Суздалец, возьмите ваш пропуск! – позвал его охранник, высунувшись в окошко дежурки.
Гость подошел, взял протянутый документ и повертел в руках.
Это был заламинированный кусок писчего пластика с фотографией, фамилией и инициалами, а также с логотипами службы и знаками голографической защиты.
Однако на документе имелся срок действия временного удостоверения – шесть часов.
– Недоверие унижает, – произнес Суздалец и, вернувшись в машину, поискал недопитую бутылку.
Покончив с ней, он продышался и, заметив, что охранник внимательно за ним следит, махнул рукой и крикнул:
– Открывай!
