Я с опаской наблюдала за происходящим. Мне было трудно понять с первого взгляда, они ли это. Я видела лишь двух мужчин – юного и пожилого, – прикованных друг к другу и с мешками на головах.
– Ты их не узнаешь, – заметила Гиюрак. Ее слова резали по мне ножом. – Ты уже забыла.
Мое сердце страдало от мук. Она не ошиблась; мне нужно было взглянуть на лица родных, чтобы узнать их. Я их не помнила.
Страж ударил папу по ногам, и он вскрикнул от боли.
– Ты узнаешь его крик, Сентурна? – насмешливо поинтересовалась Гиюрак.
Я отшатнулась. Мне был незнаком папин крик, потому что раньше я его никогда не слышала.
Но зато я знала его голос.
– Кетон, – тихо пробормотал он, когда мой брат попытался защитить его. Испачканные в снегу ботинки прижали моих отца и брата к земле, и я услышала, как он прошептал: – Не сопротивляйся.
Ко мне медленно возвращались воспоминания. Даже сейчас, в этих ужасающих обстоятельствах, папа сохранял спокойствие. Оставался ласковым. Наконец, я узнала небольшой горб на его хрупкой спине, выступающие костяшки пальцев на руках – руках, которые годами учили меня шить.
Я также узнала брата. Как он раскачивался на пятках взад-вперед, когда прихрамывал, его неровные отвороты штанов, которые он сам неуклюже подшил, угловатые локти, которые всегда выпирали, когда он был напуган или рассержен.
Я повернулась к шаньсэню.
– Освободите их.
Гиюрак фыркнула.
– Или что?
– Или я убью вас, – отчеканила я ледяным тоном.
В ее глазах заплясала смешинка. Над нижней губой выросли острые тигриные клыки. Она направилась в мою сторону, мышцы на ее руках и ногах раздулись. На ее фоне я выглядела как карлик.
– С радостью погляжу, как ты исполнишь свою угрозу.
– Не надо. – Эдан предостерегающе коснулся моей руки. – Если пойдешь этой дорогой…
Ему не было необходимости заканчивать предложение. Я знала, что он имел в виду. Если поведусь на подстрекания Гиюрак, то подчинюсь жажде отмщения своего демона.
Я стану такой же, как она.
Но как же мне хотелось отомстить…
Игнорируя демона, я повернулась к шаньсэню.
– Отпустите их.
– Ты испытываешь мое терпение, портной. Я дал тебе возможность присоединиться к нам. Тебе хватило глупости отказаться. – Он кивнул Гиюрак, чьи глаза потемнели от жажды крови. – Убей их.
Мое сердце подскочило к горлу, и, подавив крик, я набросилась на Гиюрак прежде, чем она успела подойти к папе и Кетону. Она с легкостью блокировала удар и отшвырнула меня в сторону.
Меня еще никогда не били с такой силой, даже Бандур. Я вся скрючилась, мои нервные окончания взвыли, колени никак не разгибались. Гиюрак рассмеялась, глядя на мои попытки прийти в чувство.
– Жалкое зрелище. Но не волнуйся, я подарю им быструю смерть.
Я зажмурилась и вспомнила гибель Ханюцзиня – Гиюрак так быстро перерезала ему горло, что он даже не понял, что произошло, пока из рваной раны на шее не потекла кровь, лишая его лицо красок и тело – жизни.
Я не позволю, чтобы подобное произошло с папой и Кетоном.
Оттолкнувшись от земли, я прыгнула на демона со спины и обхватила руками за шею.
Гиюрак покачнулась, извернулась и взмыла в воздух, чтобы скинуть меня. Я цеплялась за нее что есть мочи, впиваясь ногтями в шею и грудь. Ее кожа была ледяной, кости – твердыми, как железо. Одним богам известно, давали ли мои попытки хоть какой-нибудь результат.
Приземлившись, Гиюрак побежала в костер, который по-прежнему горел посреди площади. Она ходила через него снова и снова в надежде, что жар прогонит меня, но я ничего не чувствовала. Огонь щекотал мою кожу и подпалил тунику сзади, но это все, что он смог мне сделать.
А вот Гиюрак не могла похвастаться такой неуязвимостью – языки пламени обжигали ее человеческую плоть. Я видела боль на ее лице, когда она плотно сжала губы, несмотря на клыки. Другие демоны были восприимчивы к огню? Я изумленно вспомнила, что Бандур часто путешествовал посредством огня, но в человеческом облике – никогда.
Осознав, что ее попытки тщетны, Гиюрак осклабилась.
– Возможно, ты не так проста, как я думала.
Она упала на спину, и мне пришлось отпрыгнуть в сторону, чтобы меня не раздавило. Я больно упала на бок, ребра заныли при приземлении. Гиюрак кинулась за мной, и, перекатившись к костру, я схватила горящую палку и замахнулась ей в лицо.
Искры от дерева брызнули ей в глаза, и, издав тигриный рев, она вытянула руки для новой атаки. Я пригнулась и толкнула Гиюрак в костер.
Мимо меня пронеслась серебристо-голубая дуга – Эдан достал метеоритный кинжал. Он побежал к огню и вонзил клинок в грудь демона.
Гиюрак закричала, ее тело сжалось от боли. Превратившись в вихрь из дыма, она вернулась в амулет шаньсэня.
Но на этом битва не закончилась. Нас окружали сотни солдат. Я мрачно повернулась к ним. У нас с Эданом не было шансов против такого количества врагов, но я сделаю все возможное, чтобы освободить папу с Кетоном.
– Убейте пленников! – крикнул шаньсэнь сыновьям.
В воздух поднялись луки, стрелы нацелились на моих родных. Охваченная ужасом, я прыгнула перед ними, создавая живой щит.
