История с «обольщением» приведена не только для того, чтобы читатель понял, насколько фальшиво сочинение Илиодора, но в первую очередь для того, чтобы в очередной раз охарактеризовать настроение умов в предреволюционной России. Многие люди готовы были принимать на веру любую чушь и пошлость, если они чернили власть и ее представителей. Это прекрасно понимали сочинители и распространители бредней, вышедших под именем Илиодора. Пасквиль бил не по Распутину; первая мишень совсем другая — царь и царица. Поэтому главная цель книги — опорочить венценосцев.
Александра Федоровна — основной объект шельмования. Остановимся на уже упомянутом чрезвычайно важном в данном случае сюжете: на отношениях между царицей и Распутиным, которые автор описывает, ссылаясь на рассказы «Гришки Окаянного». Еще раз подчеркнем, что в отношениях между Александрой Федоровной и Распутиным никогда не было никаких «поцелуев», «объятий», «посещений царских спален» и тому подобных эпизодов, рисующих последнюю императрицу какой-то бесстыжей эротоманкой.
Теперь рассмотрим вкратце сцену «поднятия тяжести», которую живописует Илиодор: «…я ее ношу по спальне на руках». Даже если не иметь понятия о реальном положении вещей, не быть знакомым с истинным характером отношений между указанными лицами, а лишь посмотреть на их фотографии, то сразу же станет ясно, что довольно тщедушный мужичок (Распутин) просто физически был не в состоянии не только часами (!) носить на руках столь крупную женщину, как Александра Федоровна, но вряд ли вообще мог приподнять ее. Но это, так сказать, попутные замечания.
Перейдем же к самим письмам. Важно подчеркнуть, что аутентичность приводимых в книге Илио-дора романовских посланий, и в первую очередь письма императрицы, не установлена, хотя эти тексты часто цитируют для иллюстрации пресловутого тезиса об интимных отношениях между Александрой Федоровной и сибирским крестьянином. Сам же текст воспроизводится в различных вариациях, что невольно поднимает вопрос: имеется ли в наличии подлинник?
Существует утверждение, что якобы письмо (письма) царицы Распутину было в свое время куплено (у кого — не ясно) неким иностранцем, который вывез его (их) из России. Если так, то мы имеем дело с уникальным случаем почти что векового утаивания ценного и в историческом, и в материальном отношении документа. При огромном количестве обращающихся на Западе русских раритетов, при бесконечной продаже и перепродаже царских мемориальных предметов и документов нигде и никогда не фигурировали послания последней царицы Распутину. Нет сомнения, что при невероятной «раскрученности» этого сюжета цена подобного документа оказалась бы баснословной. Но нет, никто не искушается, и следов того «иностранца» так найти никому и не удалось.
Здесь возникает уместный вопрос о том, писала ли Александра Федоровна «Другу» вообще? Ее конфидентка Вырубова однажды на допросе в ЧСК логично заметила: «Что же писать письма, он их не читал, давал посторонним, это не особенно приятно». Царица, конечно же, прекрасно знала, что Распутин был безграмотный и что для ознакомления с любым письменным текстом ему приходилось привлекать каких-то людей. Учитывая ее щепетильность, трудно предположить, что она могла посылать подобные письма-исповеди. К моменту издания сочинения Илиодора подлинников писем в распоряжении публикаторов не было, и, по заявлению автора, они были переданы министру внутренних дел А. А. Макарову еще в 1912 году, а тот якобы вручил письма царю. Каким же образом они попали в руки к Илиодору?
Сам повествователь утверждает, что, когда он находился в гостях у Григория в Покровском, тот поделился с ним сокровенным богатством. «Распутин взял ключ и отпер им большой сундук. Из сундука он вынул целый узелок с чем-то. Развязал. Там были письма: «Это все письма ко мне царицы, девочек ихних, великих княжон и князей». Итак, если верить сказителю, то у Распутина был целый «узелок» посланий царицы и ее детей. Илиодор был просто очарован этим зрелищем, стал просить «на память несколько писем». Хозяин дома — щедрая душа — не мог отказать и предложил: «Выбирай». И тот взял «письма государыни и великих княжон». Такова версия будущего нью-йоркского мусорщика.
Здесь нужны некоторые хронологические ориентиры, которые в книге «Святой черт» отсутствуют. Илиодор и Распутин впервые увиделись в 1904 году, но близко сошлись в 1908-м, и их отношения продолжались до 1911 года. За это время они не раз встречались и Илиодор действительно даже побывал у Распутина в гостях в Сибири. Прожил там две недели в декабре 1909 года.
