— С днем рождения, — произнес Лаклан. — Загадай желание.
Я загадала, чтобы каждое 19 июля было таким. С яркими красками, улыбками и смехом.
Я загадала, чтобы Лаклан был со мной всю оставшуюся жизнь
Кто-то касается моего плеча.
Я резко вздыхаю и поворачиваюсь. Мэри стоит рядом со мной.
Я вернулась в «Фэирфакс». Все еще снаружи. Снежинки цепляются за мои волосы, а мои руки напоминают сосульки. Краешком сознания я все еще там. Если я закрою глаза и хорошо сосредоточусь, то смогу услышать отдаленное эхо фейерверка, и крики «Ура» маленькой двенадцатилетней девочки.
— Ты готова идти? — спрашивает Мэри.
Я стою на дрожащих ногах. — Сколько времени я провела снаружи?
— Около часа. Ты была глубоко в своих мыслях.
Она даже не представляет.
Мы заходим в столовую. Все убрано. Только несколько пациентов тихо едят. Все выглядит так, как будто вспышки Эмбер никогда и не было.
Я все еще ошеломлена, когда мы возвращаемся в мою комнату. Люминесцентные лампы над нами окрашивают мою кожу в нездоровый желтый оттенок. Я вхожу в свою комнату. Лампы уже включены. Резко останавливаюсь и осматриваюсь.
Я только что вернулась из воспоминаний, таких невинных и замечательных. Моя реальность, живущая в «Фэирфакс», была полной противоположностью. Я не хочу здесь находиться.
Повторяю свою ночную рутину: иду в ванную. Умываюсь. Меняю одежду. А когда заканчиваю, Мэри стоит в моей комнате, держа лекарство в одной руке и маленькую чашечку воды в другой. Только сегодня вечером я прохожу установленный порядок в оцепенении. Мой разум не хочет покидать Лаклана и двенадцатилетнюю Наоми.
— Поспи немного, — убеждает Мэри. Она выключает свет и закрывает дверь.
Не проходит и секунды, как я вижу отца Ланы в углу.
Он кипит гневом. Низко наклонился, готовый атаковать в любой момент. Мое сердце пропускает удар, но я не реагирую. Лекарства делают свою работу. Они делают меня равнодушной. Но визит Лаклана более действенный, чем что-либо другое.
И он, отец Ланы, знает это. Его голос становится громче. В любую другую ночь это бы меня испугало…, но не сегодня. Прямо сейчас все это проходит мимо меня, и все его порочные слова начинают исчезать, пока не становятся отдаленным эхом. Моя голова чувствует, как опускается на подушку. Я двигаюсь дальше, пока не опускаюсь на матрац. Это похоже на свободное падение, отталкиваясь, мимо пола и замороженной земли. Я продолжаю двигаться, наблюдая, как годы моего прошлого проходят мимо меня.
Я хочу еще одно воспоминание. Возможно, я жадная и прошу слишком многого, но я хочу увидеть Лаклана еще раз.
Мое тело перестает двигаться. Я закрываю глаза и засыпаю.
— Нет, — простонала я и положила ладонь себе на лоб. — Я похожа на дуру.
Делаю глубокий вдох и пробую еще раз.
В течение часа я практиковала свою реакцию и те слова, которые я бы сказала Лаклану. Я лежала в домике на дереве, уставившись в ясное, темное небо. Здесь я могла свободно проговорить свои слова, не смущаясь.
Лана сказала, чтобы я попрактиковалась в том, что буду говорить Лаклану. Вчера, она сидела со мной в моей комнате, говоря мне, что делает это постоянно, ведь она всегда нервничала перед знакомством с кем-то новым. Она клялась, что это поможет. Но эта техника на меня не действовала. Я даже близко не подошла к тому, чтобы взять под контроль свой дрожащий голос.
Опять наступило это время. Лето. Когда Лаклан возвращается домой из колледжа и все в моей жизни возвращается на свои места.
Он уехал туда в прошлом году. Я помню ночь перед его отъездом, которую провела сидя в домике на дереве, зная, что все изменится. Прорыв. Он собирался перерасти меня. Конечно, он собирался. Какой 18-летний парень захотел бы продолжать общаться с 13-летней девчонкой?
Я сказала ему, что хотела бы поехать с ним. Он только вздохнул и, дернув меня за косу, сказал: — Ты не можешь, ребенок. Ты должна остаться здесь и повзрослеть, стать мудрее и умнее.
— Мне тринадцать, — ответила я. — Я уже старше, мудрее и умнее.
Он рассмеялся. — Ладно. Что ж, ты должна окончить школу. Тогда ты сможешь уехать куда захочешь.
— Не говори так.
— Если бы ты могла уехать куда угодно … куда угодно в мире, то куда бы отправилась?
Так далеко я еще не заглядывала. Я мечтала о разных местах, но никогда не думала, что эти мечты когда-нибудь станут реальностью. — Я… я не знаю.
— Не знаю? Что значит, я не знаю? — он вытянул руки перед собой. — Будь предприимчива, ребенок! Когда ты туда доберешься, то сможешь делать все, что захочешь!
У Лаклана выходило все так просто. Легко. Словно пошаговый план.
— Буду, — пообещала я. — Ты же будешь все рассказывать мне о колледже, да?
