Найти, чтобы что? Чтобы он плюнул ей в лицо? Конечно, прямых доказательств ее вины нет. Юлиану нельзя посадить за то, что жена Никольского спустя некоторое время после терапии вдруг вышла из ремиссии и зарезала мужа. С Юлианой не пытались связаться или написать на нее заявление в полицию. Если бы не шумиха по телевидению, никто бы и не связал ее лечение и страшную трагедию. Даже Юлиана не знала, что произошло.
Но теперь-то знает? И как жить дальше? Как жить, если при одном воспоминании о том, что она сделала, ей хочется завершить карьеру психотерапевта. Возможно, стоило послушать папу и пойти в адвокаты.
Какая разница… Уже слишком поздно. Самое страшное Юлиана успела натворить. И можно сколько угодно притворяться, что все хорошо, и жизнь не изменилась, но совесть не обманешь – она знает правду. Как и тот человек, который представился убитым Никольским…
– Да вы издеваетесь!
У машины спустило переднее колесо. До Ильи не дозвониться – если он с клиентом, то никогда не ответит на звонок. Что в таких случаях делать она не знает, а через полчаса в кафе ее ждет Лиза. Она уже наверняка в дороге со своей оравой детей и точно взбесится, если узнает, что Юлиана не сможет прийти.
– Черт!
Юлиана кидает мобильный в сумочку и кутается в плащ под холодным порывом ветра. Что ж, придется брать такси, а потом возвращаться за машиной.
– Проблемы?
Рядом на парковке тормозит мотоцикл и, когда его хозяин снимает шлем, Юлиана узнает Валентина. Сердце бьется учащенно. Черная косуха, растрепанные волосы и тяжелый, раздевающий взгляд. Такой взгляд обычно у мужчин старше тридцати лет, но никак не у студента.
– Колесо спустило. Не знаю, как я так умудрилась… А я опаздываю на встречу.
– Подвезти? – и Валентин с ухмылкой крутит газ. Мотоцикл приветливо рычит, и этот звук горячит кровь, возвращая в буйную молодость.
Юлиана вскидывает брови и улыбается, но почти сразу улыбка исчезает.
– А что вы здесь делаете? Я думала, вы уехали с женой.
– Уехал, – кивает он. – А потом вернулся. Мне показалось, мы не договорили.
И он снова прожигает ее взглядом.
– Но у нас же будет сеанс, и не один, – Юлиана закидывает на плечо сумочку.
– Знаю. Но на них мы будем обсуждать мои отношения с Аллой. А мне сейчас не хочется об этом говорить, – он протягивает Юлиане руку. – Если доверяете, можете оставить ключи от машины, и я ее подлатаю. Найдете потом здесь, целую и невредимую.
Юлиана прикусывает нижнюю губу:
– Заманчивое предложение.
Возиться с машиной поздно вечером ей ой как не хочется.
– Так и быть, – она вытаскивает ключи из сумочки и отдает Валентину. – В конце концов, у администратора есть ваши паспортные данные. Так что я буду знать, кто угнал мою машину, – она прячет игривую улыбку за воротником плаща.
– Супер, – он прячет ключи в карман косухи и достает из сидения женский шлем черно-красной расцветки. – А теперь садитесь.
– Что?
Валентин кидает ей шлем, и она едва успевает его поймать.
– Садитесь, садитесь. Вы даже не в юбке, так что у вас нет уважительной причины.
– Нет, Валентин, – твердо отвечает Юлиана. – Я и так уже переступила границы дозволенного. А, если сяду к вам, меня точно уволят.
Но он лишь ухмыляется уголками губ, и у Юлианы слегка кружится голова.
– Садитесь, я никому не скажу.
– А как же Алла? – щурится Юлиана.
– И ей тоже, – дерзит Валентин и кивает на ее часы. – Тик-так, тик-так.
Он прав. Юлиана опоздает, если вызовет такси, а опаздывать она не привыкла. Но еще… Она так давно не каталась на мотоцикле. Соблазн оказывается слишком сладок.
– Хорошо.
Юлиана надевает шлем и застегивает его с первой же попытки. Пальцы помнят. А вот разум не смолкает: «Ты совершаешь ошибку!». Но, несмотря ни на что, Юлиана садится позади Валентина и неловко обнимает его за талию. Снова чувствует этот мужской, резкий аромат натуральной кожи и, забываясь, с упоением вдыхает.
– Куда едем?
– Торговый центр «Пантеон».
– Тогда держитесь!
Мотоцикл с рыком срывается с места, и осторожные объятия превращаются в железную хватку. В ушах сливается шум города и рев мотора. Шлем защищает от хлесткого ветра. Адреналин вливается в кровь, и Юлиана не может сдержать восторженного смеха. Поэтому, когда они, маневрируя между машинами, останавливаются напротив крутящихся дверей «Пантеона», ее с головой накрывает волна сожаления.
– Спасибо, – охрипшим голосом произносит Юлиана и снимает шлем. – В молодости любила мотоциклы. Даже под дождем нравилось кататься.
– На случай плохой погоды у меня припрятана машина, – хмыкает Валентин. – Машина будет ждать там же, ключи завезу завтра с утра и оставлю у администратора.
– Спасибо, Валентин, вы меня очень выручили.
Она сталкивается с ним взглядом и не может отвести глаза.
– Юлиана, а вы верите в любовь с первого взгляда?
Вопрос Валентина застает ее врасплох:
– Не знаю. Не думала над этим. А вы? – она даже не знает, зачем спросила. Из вежливости или проклятого любопытства?
– Верю…
***
