В ответ Лиза молчит и провожает Юлиану тяжелым взглядом, который она чувствует печатью между лопаток, пока не выходит из торгового центра.
***
Юлиана скидывает ботильоны на тонком каблуке и блаженно разминает ступни, сидя на бежевом пуфике в прихожей. В квартире, несмотря на поздний час, тихо. Так тихо, что кроме собственного сердцебиения и дыхания ничего не слышно. Она не выдерживает и набирает Илью. После пары длинных гудков, эхом отзвучавших в голове, он отвечает:
– Привет, привет.
– Ты где?
– Как злобно, – смеется Илья. – Приезжай в бюро, и я покажу, где нахожусь. Если ты, конечно, еще помнишь дорогу.
Юлиана мысленно осаживает себя и вздыхает:
– Я в этом бюро выросла, дорогу точно не забуду. И да, я злая. У меня колесо спустило, а муж не отвечает и не перезванивает. Хорошо, что мой клиент вызвался помочь с машиной. Ты вообще дома появишься?
– Прости, детка, мне следовало перезвонить. Но доверитель за сегодня уже вынес мне мозг. Ненавижу разводы… – Илья горестно вздыхает. – Через час буду дома, надеюсь… Так что с машиной?
– Уже все улажено.
– Мне следует ревновать к столь обходительному пациенту? – вкрадчиво интересуется он.
– Ты же знаешь, у меня одни семейные пары. Я, как и ты, ненавижу разводы и пытаюсь их избежать, – хмыкает Юлиана. Она плечом зажимает мобильный и вешает плащ в шкаф-купе. – Ладно, пойду приготовлю ужин.
– Ты сегодня меня удивишь? У нас будет домашняя еда? – смеется Илья.
Юлиана усмехается и, перед тем как сбросить вызов, отвечает:
– Да, называется пельмени «Моя хозяюшка».
Смотрит на почерневший экран монитора. Да, ревновать и правда не к чему. Валентин всего лишь подвез ее, ну и наплел ерунды насчет любви с первого взгляда.
Она поворачивается к спальне, но краем глаза замечает, что дверь в угловую комнату с эркером приоткрыта. Нахмурившись, Юлиана раскрывает ее шире и включает свет, который озаряет пустое помещение. Голый пол, белые стены. И окно без занавесок, словно обнаженная девица.
Раньше тут был домашний кабинет Ильи, но месяца три назад он заявил, что ему хватает работы в бюро и нанял друга сделать ремонт, пока они отдыхали в Крыму. Переклеил обои, убрал мебель. Зачем?
Юлиана морщится, когда на ум приходит вопрос Лизы. Не дай Бог, Илья захочет детей. Тогда их спокойной жизни придет конец.
Юлиана захлопывает дверь, с треском отсекая ворох беспокойных дум. В спальне она снимает рубашку Ильи и мнет в руках. Взгляд задерживается на двери в гардеробную. Одиночество и тишина делают свое черное дело, навевая гнусные воспоминания. От них не спрятаться.
Юлиана отшатывается от двери, к которой подошла почти вплотную и протирает ладонью покрытый испариной лоб.
– Все в прошлом, в прошлом…
Обычно эти слова произносит Илья, когда у нее случается приступ клаустрофобии, но сейчас она одна. Как в детстве.
Страх, который невозможно побороть гипнозом, психоанализом или ворожбой… Что только Юлиана не испробовала! Мысль, что блок в голове мешает избавиться от клаустрофобии, приводила в бешенство, и поэтому она с яростью принялась изучать психологию, надеясь, что сумеет помочь себе сама. Но ошиблась.
Юлиана открывает дверь в гардеробную на максимум и через силу заставляет себя войти. Вешает рубашку на плечики и уже собирается выйти, как голова сама запрокидывается, и взгляд устремляется на верх стеллажа, где лежит та самая коробка, с которой началось утро. Юлиана приподнимается на носочки и дрожащими пальцами стаскивает ее с полки. Быстро, на одном вдохе выбегает из гардеробной, спотыкается о ковер и летит на пол вместе с коробкой.
Удар – саднящая боль в колене.
Крышка слетает с коробки, и содержимое вырывается наружу. Фотографии, газетные вырезки, мягкая кукла с пуговицами вместо глаз. От неожиданности Юлиана отползает назад и замирает на четвереньках, диким взглядом поедая фотографии.
Вдох, выдох, вдох, выдох… Осторожно, будто трогает холодный труп, одним указательным пальцем Юлиана придвигает к себе верхнее фото и рассматривает его в мельчайших деталях.
Раскидистое дерево, которое растет на даче матери Ильи. Юлиана любила устраивать под ним пикники. Часто стелила плед в зелено-коричневую клетку и приносила корзинку с едой. Она не помнит, когда Илья сделал это фото. Яркий солнечный день, она сидит под деревом и улыбается. А рядом с ней годовалая малышка с синими бантиками на голове.
