Отряд прибыл в кротчайшие сроки. Вместе со скорой. Пока сестра было пыталась на эмоциях обвинить во всём меня, а по факту кичилась фамилией «папы», я передал сотрудникам лицензию джагера и документы на дом. Сообщил, что в нём какое-то время проживали бездомные. Надо бы выселить.
Частная собственность, всё-таки. У единственного владельца, а особенно джагера, есть чуть больше, чем обычного человека полномочий.
Скорая наложила временные шины и там же сделала братцам пару уколов. Их новенькие лицензии я тоже вынес из дома, предоставив полиции. Парни попались догадливые, понимающе кивнув.
Кому охота на ночь глядя разбираться со джагерами? Никому. А то, что поломались — бывает. Это у нас в порядке вещей. Да и по взрытой земле всё понятно. Неудачная тренировка. Так и записали.
Когда подъехал отец, шумиха давно прекратилась. Заявление о проживании трёх нелегалов оформлено. Братья госпитализированы для наложения гипса. Сестра ревела, пока её, заряженную нашатырём, выпровождали за территорию забора.
Приветливо махнув отцу, предупредил сотрудников, что он тоже здесь не проживает. Вещи пообещал отдать позже, оставлю у ближайшей помойке. Скину геолокацию смс-кой.
Наслаждаясь богатством отцовских эмоций, захлопнул дверь перед носом. Он там ещё что-то кричал, но кому оно надо? Слово сказано. Поменяю замки и забуду, как страшный сон. А как подобреют — пожалуйста. Могу и заселить за арендную плату.
Я же не монстр какой-то. Мы — семья. Должны заботиться друг о друге. Всё прекрасно понимаю…
Обветшалые, старые одноэтажные дачные дома. Вереница сборных шалашей из шифера и обломков заржавевшей нержавейки. Неубранные улицы. Антисанитария. Проблемы с электричеством и водоснабжением. Средневековая окраина. И это в нашем, современном мире глобализации, гмо и интернета.
Городские трущобы.
Перспективы местных жителей туманны и завязаны на общетрудовой просветительской деятельности. Свободный оборот наркотиков, проституция и дислокация криминальных элементов. Злачное место для всего самого плохого и запрещённого. Таково скромное резюме, если слушать местных жителей.
Администрация с этим заявлением, разумеется, не согласна. Район развивающийся. Или — временно неблагоприятный. По счастливому стечению обстоятельств, точно не из-за сверхнизкого уровня стен, именно в этой городской черте чаще всего происходят Прорывы. Когда Волны Монстров проходят первый рубеж каменной обороны. Отсюда все беды и отсутствие мало-мальски четкого контроля.
По крайней мере, власти убеждены, что дело только в этом. Про коррупцию, конокрадство и иные понятия многоуровневого хищения, тут не слышали и слышать не желают. Район лет 10 «финансируют», а он все еще остаётся «неблагоприятным».
Но я сюда пришел не для лекций или революционной нагрузки населения. Отмывают ли здесь «кэш» чиновники из той самой Администрации или это место выгодно большинству сильных мира сего для проведения темных и не очень сделок — побоку. Я здесь по делу и оставаться надолго не собираюсь.
Виляя вдоль мрачных переулков и бараков узкой застройки, ловил на себе неприметные, острые взгляды.
Мимо пробежал чумазый чернявый мальчуган, больно неуклюже врезавшись в спину. Извинился, угукнул и просвистел мимо, унося с собой пустой кошелек с неприметной запиской. Расстроится он заметно позднее, когда я буду «светиться» совсем в другом переулке.
Прошло десять минут. Улицы заметно ожили. Мальцы больше не пытались умыкнуть пустоту из карманов.
Дважды столкнулся со статистами из любой фэнтезийной книги про попаданцев в другое миры. Ну там: «трое в темных, поношенных одеждах и с угрюмыми рожами». По невероятному стечению обстоятельств следовали за мной по пятам, не стесняясь идти практически впритык. Улыбались и скалились, когда я случайно на них оборачивался.
Видимо, такие здесь нравы. Улыбаться каждому прохожему и сопровождать, чтобы клиент не угодил в неприятности. Чужие неприятности… Ведь эта кобылка уже занята и попилена обстоятельно.
Навернув третий по счету кружок вокруг одной топорной области, где гоп-стоп — часть кредитной истории, — тяжко вздохнув, зашёл внутрь намеренно обесцвеченного переулка. Тупик между тремя полуразрушенными и плотно забитыми досками бараками. Тихое место, где ни криков, ни звона радости не услышать.
Даже ступать по остаткам асфальта боялся — сколько тел под ним закопали я не представлю и при сильном желании.
— Ох…
Расстегнув ширинку, окрасил жёлтым давно побелевший кусок забора. Ляпота-то какая! Ну прям трущобная классика! Должны же у меня появиться причины посетить столь «неприметный» кусочек чьей-то поляны.
Гопники сделали правильный вывод. Лох попался — лох не вымрет.
— Эээ… уважаемый! — окликнул самый сиплый из них. — Ты зачем забор портишь? Мой дед старался, строил. Некрасиво это.
— Да вы чё мужики! Я ж не знал, — принялся оправдываться, впопыхах застегивая ширинку.
— Знать, не знал, а косяк на лицо. Куда хочешь? В бубен, аль по почкам?
Двойка его товарищей ехидно хрустнула кулаками. М-да, а тут не рассусоливают. Синхронно начали приближаться.
