— Ты их не переселил даже⁉ — «удивился» я.
— Делать мне нечего! — фыркнул дядя. — Ты же сказал — не светить. Я подсобил. По родному, заметь. А ты меня до сих пор морозишь от этого вашего Бородача. Дело к нему есть. Важное! Заплачу, как своему — ты же знаешь.
— Он сейчас занят, — неуверенно протянул, выискивая верные слова.
— Так поговори с ним! Или мне тебя ещё и уговаривать надо?
— Давай потом, а? Со своими закончу и решу вопрос.
— Базар? — навострился авторитет.
— Получу расчёт за последнее дело и обсужу вопрос.
Немного туману не помешает. Когда до «дяди» дойдёт, что Турок давно не выходил на связь, начнёт копать совсем в другом направлении. В подпольном мире частенько кидают с «расчётом» самым кардинальными методами. Пусть лучше местный авторитет злится на Нибелунгов и их прихлебателей, нежели вспомнит об одном Е-ранговом джагере.
Мужчина посчитал, что фантомные обещания лучше, чем ничего. Удовлетворительно кивнул, собираясь покинуть барную стойку.
Бросил ему напоследок:
— Шепни там кому-нибудь, чтобы твои «новички» не доставали. Это, знаешь ли, раздражает.
— Не, хрен им. Пусть учатся! — посмеялся авторитет, немного задумавшись. — Отправлю с тобой кого-нибудь. Чтобы вопросов не возникло.
Махнув кому-то из своих, на выходе из бара меня ждал плешивый подросток. Одной произнесённой фразы «веди» было достаточно. Парень знал район, как свои пять пальцев — провёл к конечной точке маршрута по сокращённой дороге.
— Свободен! — отпустил пацана ещё на подходе к «баракам».
Никогда не пойму этот криминальный юмор. Бараки… н-да. Солидные двухэтажные деревянные бунгало без намёка на ширпотреб из металла. Двух беглых джагеров спрятали в одном из «богатых» домов неблагоприятного района.
Тоже мне, знатоки реверсивной психологии!
Нашёл нужный «барак» методом тыка, выбрав самый большой и «богатый». Ни охраны, ни более-менее крепкой ограды. Видимо местные знали, что бывает с незнакомыми лицами на чужой территории. Ни щипачей, ни проституток, ни подозрительных личностей. Чистенькие улицы и если бы не «фон» на шалаши, разбросанные буквально в ста метрах отсюда, можно легко перепутать с большинством других районов Благовещенска.
Викинг и Гена, а этот дом был их персональными домашним арестом, сидели внутри. Им запрещалось покидать территорию бунгало, так что весь их досуг заключался в выпивке и бабах. Которые авторитет охотно поставлял, разумеется, если джагеры выкладывали бабки.
Мои мечты о новых нычках и миллионах наличности быстро развеялись, как только я попал внутрь этой богадельни. Ничем не отличается от «тусовки» на квартире у Али. Дорого, богато, много красивых девушек и море алкоголя. Оставалось грустно посчитать в уме, сколько дней джагеры «не высовываются» и становится понятна их радость, когда они заметили Турока.
Деньги кончаются. Артефакты на продажу, смею заметить по их бегающему взгляду, — тоже. Фоном крутятся две основные мысли: как долго остаётся сидеть и у кого бы занять денег на посиделки.
Разочаровал парней прямо со входа. Нахмурился и ничего не ответил. Пусть сами придумают подходящую причину прихода. Вот так вот.
А месть… отошёл наверное. Ни злости. Ни ярости. Как увидел этих бедолаг, вынужденных бежать и ютиться в золотой клетке, принимая всех собак на себя, ничего кроме укола жадности не заметил. Видимо, отлегло? Не знаю. Скорее не собирался разбираться ещё и с дядей Турока. Как-то же надо будет всех вывести и убрать, найдя тому подходящее объяснение.
Собирался задержаться в гостях, пока джагеры не достигнут нужной кондиции. Вел себя подчёркнуто вежливо, без официоза, но и закадычного друга не строил. Я же, типа, с новостями. А они не очень. Теперь сижу, хмурюсь. Не пью. Только смотрю. Даже Викинг проникся взаимностью — хлебал виски прямо из бутылки, лишь бы услышать плохое с очень хорошим настроем.
Как бы отлично не шла актерская игра, бесконечно отнекиваться от ответа не вышло. Часа два джагеры метались между мыслями от полной безнадеги до басовитого гогота, что я стебусь и молчу по приколу. Не стал их разочаровывать. Как только девочки закончили отрабатывать деньги, вернувшись ошивать чужие поребрики, подготовил парней к разговору.
Они и так пересрали, будучи готовы прыгнуть с крыши по первому зову. Под действие алкоголя страх неизвестности прогрессировал. Джагеры стали послушней собаки. Лишних вопросов не задавали.
— Пойдем, присядем. Есть разговор.
Разместились в неуютной комнате на втором этаже. Кладовка или будущая гардеробная. Еле влезли втроём, а я ещё заставил их принести стол и стулья. Сам уселся напротив, выложив перед собой две вещи. Артефакт от прослушки и пакетик чего-то белого.
Заключая образ, выставил вперёд руку. Ладонью вперёд, чтобы и мысли не возникло воспринять ситуацию иначе.
— Т-ты чего это!⁇ — пьяно встрепенулся Викинг. Он как никто другой знал своего друга и его «мясорубку». В замкнутом, узком помещении это все равно, что попасть в кровавую баню.
Гена, в отличии от пьяного товарища, соображал хуже. Попробовал было встать, дав заднюю. Неудачно.
