Первый из запланированного цикла рассказов о бравом экипаже исследовательского фрегата «Неверующий» — коммандере, майоре, докторе и капитане. Галактика огромна и полна чудес — и нужны смелые, хорошо подготовленные люди, которые разберутся, какие из этих чудес полезны человечеству, а от каких лучше держаться подальше.От автора:Действие повести происходит в мире романа «Солнечный ветер» несколькими годами позже.
Формально обитаемая галактика здесь ещё не заканчивалась, и этот регион был её частью. На практике же стоило перегнуться через фальшборт, глянуть вниз — и вот она, титаническая серебристая спираль, вся как на ладони, проплывает под килем. Над головой же переливалась всеми оттенками фиолетового бесформенная туманность. Корабль от неё отделяли парсеки, однако казалось, что стоит подняться на макушку грот-мачты, встать на цыпочки, вытянуть руку — и коснёшься мерцающего облака кончиками пальцев. Со стороны выглядело так, словно трёхмачтовый торговый парусник «Двойная выгода» летит в межгалактическом пространстве. По мнению его капитана, Якова Дитлигера, это удивительно умиротворяло. Пусть звёзды здесь отстояли друг от друга на огромные дистанции, и перелёты длились в разы дольше обычного — зато это предоставляло уйму свободного времени. У Границы редко что-либо случалось — во всяком случае, вдоль известных, проторенных трасс.
Дабы не расхолаживать экипаж излишним бездельем, Дитлигер регулярно заставлял матросов проводить профилактический осмотр судна — вот и сейчас такелажники ползали по вантам и мачтам, выискивая несуществующие дефекты оснастки. По идее, капитан должен был за ними приглядывать в ожидании результатов, но на деле смысла в этом не было. Затащив на кормовой мостик стул с мягкой спинкой и устроившись поудобнее, он некоторое время вслушивался в шелест тонкой материи солнечных парусов, глядел поверх их золотистых, с янтарными прожилками полотнищ на далёкую туманность… А потом сам не заметил, как задремал.
Сон был неглубоким, поверхностным. Капитан слышал голоса матросов, шумы корабля, доносящиеся сквозь дрёму, и в какой-то момент вдруг понял, что его настойчиво пытаются разбудить.
— Что за… — пробормотал он, разлепляя веки.
— Неизвестный корабль по правому борту, — доложил склонившийся над ним старший помощник.
— Пираты?
— Да откуда тут пираты… Они б с голоду померли.
— Тогда на кой ты меня разбудил?
— Вам стоит на него посмотреть. Без шуток.
Недоуменно почесав в затылке, Яков встал со стула и подошёл к ограде мостика. Выудил из кармана подзорную трубу, раздвинул. Следуя подсказкам старпома, отыскал медленно ползущий по небосводу огонёк чужого судна и навёл на него объектив. Почти минуту всматривался, прежде чем присвистнуть.
— Судя по курсу, он мог выйти из области, закрытой для судоходства, — сообщил помощник, явно удовлетворённый реакцией командира. — Она как раз в том направлении. Полдня лёта до границы.
— Область я по карте помню… — Дитлигер опустил трубу, побарабанил пальцами по её корпусу. — Что там за угроза была помечена? Пылевое скопление?
— Нет. Аномальная зона.
— Дьявол… — одними губами произнёс капитан, вновь прижимая окуляр к глазу. — На то похоже…
«Аномальные зоны — области космоса с неизученными до конца свойствами. Некоторые из них могут представлять угрозу как физическому, так и психическому здоровью. Наиболее частый признак аномальной зоны — нарушения законов физики…» — промелькнули у него в голове строчки из официального циркуляра-предупреждения. Сам Яков, всю жизнь водивший корабли по регулярным маршрутам, аномальных зон не видел даже издали и, будучи человеком практичного ума, скептически относился к россказням о них. Теперь он готов был признать что, пожалуй, скептицизм его был излишним.
Судя по размерам и общим обводам корпуса, чужак когда-то был полупарусным-полуреакторным фрегатом, однако судно, построенное человеческими руками, угадывалось в нём с трудом. Металлические пластины обшивки с одного из бортов топорщились, как взъерошенные птичьи перья. Нос ощутимо вмялся в корпус, форштевень при этом каким-то чудом не сломался. Половина бушприта отсутствовала начисто, а обе мачты… — капитан сглотнул — обе мачты оказались переплетены меж собой, словно пластилиновые. Сдвинутая к корме паровая труба тоже странно наклонилась, а пар валил не только из неё, но и из множества щелей в обшивке задней части. Густые белые облака, выходя за пределы «воздушного колпака», окружающего фрегат, и попадая в космический вакуум, превращались в тучки ледяных кристалликов, образуя позади несчастного судна блестящий хвост на зависть кометам. Самое же удивительное — на корабле всё ещё оставалась команда. Какая бы там не стряслась катастрофа, её пережила немалая часть экипажа. Расстояние между торговцем и фрегатом было не слишком велико, и подзорная труба позволяла разглядеть человеческие фигурки, деловито снующие по палубе последнего, по обеим его надстройкам, и даже по жуткой «косичке», в которую превратились мачты. Экипаж, несомненно, боролся за своё судно.
— Отчаянные засранцы… — качнул головой капитан, складывая трубу. В тот же миг звёздочка фрегата принялась ритмично мигать. — Это у них неполадки с подсветкой, или они нам сигнал пытаются подать?
