Возвращаюсь в ванную и переодеваюсь. Подол его футболки заканчивается на сантиметр ниже моих бедер. Я начинаю тянуть её вниз, стараясь закрыть побольше тела, но безуспешно. Когда я вновь оказываюсь в комнате, Пит уже выключил свет и я мысленно благодарю его за это, потому что моё смущение расцветает на щеках алыми пятнами.
— Знаешь, Эвердин… — я замираю, потому что каждый раз, когда он обращается ко мне по фамилии, то делает какую-то подлость, —…сейчас я бы хотел свою футболку назад. Я передумал.
— Обойдешься, — отрезаю я и, укладываясь рядом, возвожу между нами стену из одеяла.
Я лежу уже больше часа, не в силах заснуть, мыслями то и дело возвращаясь к Мальчику с хлебом. Я понятия не имею, что творится у него в голове. Почему он теперь не смеётся. Почему его лицо выглядит так, словно он оградил свои эмоции от внешнего мира щитом? Тысячи почему крутятся в моей голове. Я и раньше-то не всегда могла понять намерений этого парня, но теперь я словно ещё на миллион световых лет отдалилась от него.
Он поворачивается на бок и шумно выдыхая, произносит:
— Господи, Китнисс. Ты так громко думаешь, что скрежетом мыслей разбудишь всех постояльцев на этаж ниже, успокойся уже и спи.
***
Я просыпаюсь от резкого вскрика. Китнисс мечется по кровати, волосы раскиданы по подушке, рассыпаясь вокруг ее шеи на плечи, на лбу выступили капельки пота. Очень знакомо. После игр кошмары периодически накрывают и меня. Правда, теперь я вижу совсем иные картины. Видимо, моё появление в жизни девушки всколыхнуло новую волну воспоминаний.
Я поднимаюсь, опираясь на локоть, и позволяю себе, наконец, хорошенько её рассмотреть. Почему ты такая, Китнисс? Почему такая чертовски упрямая? Зачем ты вновь появилась в моей жизни?
Холодное бесстрастие, которое я выращивал в себе годами, тает от одного только её шумного выдоха сквозь слегка приоткрытый рот. Вот так просто, из-за обычного сонного движения губ.
Я так хочу провести пальцами по каждой самой маленькой родинке. Коснуться губами каждого изгиба и шептать ей милые глупости, сжимая в своих объятьях… но такая роскошь мне не позволена. И никогда не будет. Моя клетка гарантирует ее свободу. Большего уже я сделать для неё не смогу.
Вся моя сущность вопит не приближаться, но я все равно касаюсь её лица ладонью, провожу большим пальцем по щеке. Пушистые ресницы девушки подрагивают во сне, и мне хочется поцеловать даже их. Удивительно, но она успокаивается.
«Отчего ты снова ставишь меня на колени, маленькое глупое создание?» — думаю я с усмешкой и страхом одновременно и, отбрасывая прядь волос с её лица, шепчу:
— Спи. Я рядом. Всегда.
========== Глава 4. Мальчик и золотая верёвка ==========
Не припоминаю, когда я в последний раз спала так же крепко. Я даже не помню, что мне снилось. Может, это похоже на исцеление — когда просыпаешься бодрый, с новыми силами, не маясь от того, что во сне к тебе тянулись чьи-то длинные костлявые пальцы, в тебя не метали ножи, не разрывали на кровавые ленты переродки с глазами убитых трибутов. Просто чистый лист!
Распахиваю глаза и тру их ладонями, пытаясь прогнать сон. Резко откинув от себя невесомое покрывало, я сажусь, опираясь руками в кровать позади себя. Оглядываясь по сторонам, сразу же вспоминаю, где нахожусь и потягиваюсь, наслаждаясь утренним солнцем, пробивающимся через пыльное окно номера. Пит уже куда-то исчез, оставив после себя… да ничего не оставив! Отчасти я испытываю облегчение. Я ещё не до конца поняла, что стоит ожидать от этой новой, модифицированной версии Мелларка, поэтому его лицо было первым в списке того, что я не хотела бы увидеть, проснувшись утром.
В животе предательски урчит, и я переодевшись, спускаюсь вниз в небольшое кафе, расположившееся на первом этаже гостиницы.
Внутри малолюдно и тихо. Официанты, словно сонные мухи, медленно передвигаются между столиками. Финник и Пит устроились за самым дальним, и я, подкрадываясь, усаживаюсь рядом с Четвёртым, стараясь не смотреть на кислую физиономию земляка.
— Доброе утро, красавица, — бодро приветствует меня Одэйр, уже по обычаю растянувшись в широкой улыбке.
Пит лишь молча кивает, не отрываясь от телефона.
Официантка приносит заказ, и я вижу, что Финник заказал самую большую порцию, какую только мог.
— Для поддержки сил, — заявляет он, придвигая к себе блюдо из яиц, бекона, салата и стопку оладий. Для меня был заказан омлет с сыром, Пит же ограничился стандартной яичницей и кружкой крепкого чая с лимоном.
Телефон Мелларка в очередной раз вибрирует, и я успеваю прочитать короткое имя на экране.
«Сноу».
Всё моё существо мигом превращается в слух, и хотя я продолжаю невозмутимо жевать, краем глаза подглядываю за Питом. Он поднимает трубку и резко встаёт из-за стола.
— Я сейчас вернусь. Ты остаешься с Финником, — командным тоном указывает он, чтобы я не подумала сбежать. Хотя куда мне сбегать-то отсюда?
Одэйр склоняет голову на бок и невинно смотрит на меня.
— Ты была назначена моей нянькой. Прости.
