— Любит. Любит. Любит.
Я тихо смеюсь. Одно его присутствие в миг разгоняет всю черноту прошлой жизни, что так долго давила на меня.
— Я люблю тебя, — выдыхает он, касаясь губами уха, и я ощущаю, как учащенно бьется мое сердце.
Больше всего на свете мне хочется сказать, что я чувствую к Питу, но каждый раз, когда пытаюсь сделать это, слова застревают в горле комом.
Музыканты начинают играть что-то мелодичное, наполняя побережье разносимыми ветром звуками. Из банкетного зала доносится взрыв аплодисментов. Пит разворачивает меня в своих руках и протягивает раскрытую ладонь, приглашая на танец. Там, где нас никто не увидит. Как я и хотела. Под музыку моря и тонкую, едва различимую мелодию скрипки.
Я вкладываю свою руку в его ладонь.
— Ты бы хотела такую свадьбу? — вдруг спрашивает Пит.
В его движениях столько уверенности, будто все, что он делал последние четыре года — танцевал на банкетах. И я, вспоминая уроки Эффи, позволяю ему вести.
— Нет, — скривившись, качаю я головой. — Ты же знаешь, это все не для меня. Слишком много людей, слишком нарядно, слишком…
— … похоже на Капитолий, — вместо меня договаривает Пит.
Я киваю.
— Хочешь домой, в Двенадцатый?
— Наверное…
Теперь я и сама не знаю ответа. Улыбнувшись морю, я понимаю, что Четвертый будет жить в моем сердце всегда, потому что именно здесь началась наша история. Но я до сих пор не знаю, где решил остаться Пит. «У меня нет дома», — обычно говорил он, когда я спрашивала его, где бы он хотел жить. После реабилитации мы не оставались на одном и том же месте дольше пары недель. Я снова решаю завести этот разговор, когда Пит тихо произносит:
— Только не злись.
— Почему я должна? — бормочу я куда-то в область его широкой ключицы, наслаждаясь теплотой прикосновений и древесным ароматом одеколона. Шампанское приятно играет в голове, рубашка Пита накрахмалено шуршит, и мне приходится призвать на помощь всю свою силу воли, чтобы отвести взгляд от его бицепсов, плеч и четко очерченной линии тела.
— Китнисс, я долго думал…
Пит убирает одну руку и лезет в карман, извлекая оттуда бархатную коробочку. Я удивленно смотрю на него, на этот раз замечая в глазах тревогу. Улыбка моментально сбегает с моего лица.
— Что это? — спрашиваю я, осторожно принимая подарок, как будто он сейчас взорвется.
— Открой и узнаешь.
Я прикасаюсь к коробке пальцами, погладив бархатную поверхность, берусь за крышку и тяну наверх. Тонкое золотое кольцо, в котором закреплена жемчужина.
— Пит! — выдыхаю я и резко захлопываю крышку.
Он искоса глядит на меня.
— Могу я его надеть? — спрашивает он, пытаясь отыскать в моих глазах ответ, а потом тихо добавляет: — Или у тебя есть последний шанс сбежать.
Пит протягивает ко мне руку, но я останавливаю его, перехватывая ее и сжимая в своих ладонях.
— Пит, подожди. Мне надо тебе кое-что сказать.
В его глазах скользит испуг и, пока он не развернулся и не сбежал от самой не романтичной, не женственной, не умеющей выражать свои чувства девушки, я выпаливаю:
— Я люблю тебя.
Пит застывает, внимательно глядя мне в глаза.
— Прости… Прости, что говорю это только сейчас, но это правда. И, наверное, уже давно, но… ох, как сложно… Я понимаю, что для сломленного человека это сложно, а мы оба как покорёженные механизмы, и, возможно, тебе хотелось бы, чтобы я чаще говорила это, но я…
— Ох, Китнисс. — Пит прислоняется своим лбом к моему. — Все это не важно, потому что я тоже тебя люблю, и мне достаточно один раз услышать это.
Я смеюсь на грани слез, а Пит, обхватив ладонями мое лицо, заглядывает мне в глаза.
— Если вдруг разлюбишь, сообщи, — говорит он. — А в остальное время я буду помнить о твоих чувствах.
Я смеюсь громче.
— Обещай только, что у нас никогда не будет подобной свадьбы, — прошу я. — Никаких бальных платьев и гостей. Все, что я разрешаю тебе — только торт. И церемонию с хлебом.
Пит, ухмыльнувшись, наклоняется ко мне и шепчет на ухо:
— Если мы сейчас поторопимся, то успеем до закрытия администрации Дистрикта-4, и уже сегодня ты станешь миссис Мелларк.
Я понимаю, что если проходить этот путь, то до конца.
И мы, словно молодожены, сбегаем со свадьбы в самый ее разгар…
***
Само бракосочетание длится не более пяти минут. Два слова «согласен», пара подписей — вот и все, что требуется в мэрии Четвертого, чтобы скрепить узы брака.
— Куда мы едем? — спрашиваю я, поглаживая большим пальцем его руку. Этот жест кажется для меня таким новым, что я сама не могу поверить в то, что делаю это. Но Пит счастлив. Улыбка не покидает его лица с момента, когда я сказала: «Да». Прежде со мной не случалось ничего подобного, никогда.
— Я хочу тебе кое-что показать, — говорит Пит и останавливает машину возле небольшого двухэтажного дома, крытого красной черепицей и окруженного персиковым садом.
Он выходит и, открыв мою дверь, протягивает руку. Мелларк тянет меня за собой по зеленой, аккуратно подстриженной лужайке.
— Пит, стой, — смеюсь я. — Это же чья-то собственность.
Мы поднимаемся на крыльцо, залитое закатным светом. Я оборачиваюсь. На небе как будто перевернулся грузовик с красками, расплескав их по холсту из воздуха.
