Грязные, мерзкие и оборванные, как и все в этой деревеньке. Разного роста. Кое‑то и ее повыше будет. Особенно вот тот, худой, с белым пером за ухом. Сколько ему, тринадцать — то будет?
Агния нахмурилась. Перо показалось ей странно знакомым.
— Эй, мелкий. Поди‑ка сюда, — позвала она мальчика.
Мальчик осторожно приблизился. Одним глазом он продолжал таращиться на судилище, восхищаясь, видно, осанкой Сайпенда и его белой альбой. Перо переливчато мерцало на свету. Агния ахнула, заметив этот блеск; не в силах сдержаться, она протянула руку и выдернула драгоценное перышко; другой рукой жестко приложила малолетнего урода головой о помост. Раздался глухой звук. Мальчик очнулся и начал вырываться, но Агния держала крепко.
Люди зашумели. Никто не понимал, в чем дело. Мальчик вырывался.
— О–отпусти! — недовольно сипел он. Его глаза неотрывно следили за пером.
— Что там у тебя? — спросил сверху Сайпенд.
— Ты только взгляди! — Агния потрясла пером. — Видал такое? А? Откуда это у тебя, говна кусок? — она встряхнула мальчика, как терьер крысу. — Где взял? Говори!
— Не скажу, — заупрямился мальчик.
— Хочешь без уха остаться? Я тебе его отрежу, — Агния зажала перо зубами и свободной рукой полезла за ножом. — Говори, давай, быстро! Чего молчишь?
— Агни, успокойся, — сказал сверху Сайпенд. — Отпусти его.
— Еще чего! — взвилась она, прижав нож к гладкой щеке мальчика. Тот испуганно запыхтел.
— Отпусти, отпусти, — спокойно произнес Сайпенд.
— Это перо ангела! Ангела, блять!
— Я вижу.
— Ты слепой?
— Агни! — теряя терпение, закричал Сайпенд.
Словно кнутом ее ударил. Этот голос!
Нельзя! — захныкала девочка внутри нее
Да как он посмел! Как посмел!
По телу прошла ужасная, томительная, но вместе с тем сладкая дрожь. Агния скрипнула зубами и покорно склонила голову. Соски под рубахой окаменели. По бедрам заструился горячий пот. Как посмел… этот ублюдок…
С ней нельзя так поступать, это неправильно!
Ошеломленная подобной подлостью, Агния стояла и тупо смотрела себе под ноги. Перо упало. Теперь оно лежало в грязи. Мальчишка убежал.
— Мы разберемся, — говорил наверху Сайпенд. — Да, где ангел? Только не говорите… Нет, не пытайтесь меня обмануть… Мы, экзекуторы, чувствуем ложь… Конечно–конечно… Ну, вот и славно.
Его голос звучал где‑то далеко, на задворках сознания.
— Агния! — позвал ее Сайпенд.
— Да? — очнулась она.
Возбуждение схлынуло, оставив после себя ужасную усталость. Агния перевела дух.
— Пошли. Он в доме старосты.
— А что с этими? — она вяло махнула рукой в сторону оставшихся преступников. Те напряженно следили за происходящим.
— Сократим процедуру, — сказал Сайпенд.
Он подошел к бешено забившемуся в путах педофилу, взял за подбородок — и с противным хрустом перерезал горло. Хлынула кровь. Педофил дернулся, выдул алый пузырь горлом и обмяк.
Точно также Сайпенд поступил и последним осужденным. Суд закончился, и вся деревня отправилась в дом к старосте. Перо осталось лежать в грязи.
— Это и есть ангел? — скептически спросила Агния. Она уже успела прийти в себя. — А чего он такой ощипанный? Как курица.
Ангела привязали к батарее. Он был смуглый, с горбатым носом и красивым породистым лицом. За спиной его топорщились неровно сложенные крылья. В них не хватало больше половины перьев; сквозь обширные прорехи виднелась розовая кожа с торчащими обломками стержней.
Перед ангелом стояла миска с кашей.
— Это всё суеверия, — покачал головой Сайпенд. — Перья ангела приносят удачу, кровь пьянит, а свежевыжатое семя возвращает мужскую силу. Глупости.
— Не всё глупости! Не всё! — возразил староста. — Мы тут проверяли… кое‑что…
Он замялся.
— Надеюсь, вы не выжимали из него семя? — поинтересовался Сайпенд.
Староста угрюмо смотрел в потолок.
— Ладно, хватит, — сказал Сайпенд. — Батарею жалко?
— Жалко! — спохватился староста.
— Тогда сами отвязывайте, а то мне проще ее перерубить.
Он отошел в сторону. Что‑то бормочущий староста завозился с веревками. Ангел неотрывно смотрел на Агнию. Ее подобное внимание смутило.
— Да говори уже. Что хотел? — спросила она.
— Вы спасли меня… Это похвальный поступок.
Голос у ангела оказался высокий, почти женский.
— Я благодарен вам, — произнес он. — Позвольте представиться — Рамиэрль Золотое Облако.
— Поедешь с нами в Анастериан, — сказала Агния.
— Что это за место? — спросил ангел. — И почему я должен быть там?
— Это наша штаб–квартира.
— Что ж, я понимаю, — Рамиэрль кивнул. Староста закончил, и освобожденный ангел наконец‑то смог выпрямиться. Он осторожно раскрыл свои крылья и поморщился — сейчас они больше напоминали порченную молью простыню.
Агния еле удержалась от смеха.
