Рассказы полностью

Куклы по обе стороны от нее прижались друг к другу, как бы говоря: "О?". Барбара снова подражала им.

— О, — сказала она.

Они отвернулись. Это было очень близко. Она чуть не спалилась.

Чик достал черную коробку, открыл ее и выдвинул антенну. Он щелкнул несколькими переключателями и набрал частоту.

— Проверка подлинности параметров, — сказал он себе под нос. — Активирую полевую решетку… включаю автодефляцию… сейчас.

Последовала ослепительная вспышка света, запахло горелыми проводами, и его отбросило назад, к стене секс-кукол, . Он врезался в нее, и "рыльце" "Джонни-Попрыгунa" скользнуло между ее голыми бедрами.

— Оу! — воскликнула она по-настоящему, покраснев.

— Он неисправен! — воскликнул Чик. — Одному Богу известно, к чему это приведет!

К ним протискивались все новые и новые интимные спутницы. На "МагнаОтсосe 4500" замигали многочисленные лампочки. Устройство издавало бешеные звуковые сигналы, искрило и дымилось. В воздухе потрескивал заряд статического электричества, а потом это случилось."МагнаОтсос" не сдувал кукол, а надувал их. Всеx вялыx кукол, висевшиx на крюках в задней части фургона. Они наполнялись извращенной жизнью, голубые и зеленые глаза открывались в бесплотных взглядах, губы набухали, рты округлялись и шипели:

— ООООООООООООООООО!

К этому моменту Чик был вне себя.

Его нервы совсем сдали.

— ЖИВЫЕ! — закричал он. — ОНИ ЖИВЫЕ! ЖИВЫЕ! ЖИВЫЕ! ЖИВЫЕ! АААААААА! ААААААА! АААААААА!

Он потерял надежду, и Барбара это знала. Куклы сошлись и заживо похоронили его в своем количестве. Он визжал и кричал, но было уже поздно. Они разглядели в нем того, кем и чем он был: их создателя. Того самого, который пытался лишить их настоящей жизни, а теперь они отнимали ее у него.

из- Чика и "Джонни-Попрыгунa", Барбара мужественно держалась на ногах, пробиваясь зубами и когтями сквозь ряды живых секс-кукол, осаждаемая со всех сторон сливками XXX-индустрии — "Заднеприводной Бетти" и "Рими Мечтой", "Сладкой Кэнди" и "Пиппи Всасывающей Шланги", а также фантастическими персонажами, такие как "Принцесса Лея-Сладкая Киска", и, для поклонников "Аббатства Даунтон", "Леди Кэтлин Кончеберснатч", одетой только в бриджи для верховой езды, с хлыстом и шапочкой для верховой езды.

Наконец, избитая, исхлестанная плетьми и подвергшаяся насилию, Барбара вползла обратно на крыльцо и вошла в дверь.

И началась осада.

Это был ад для секс-кукол на земле.

Они появлялись десятками, а потом, казалось, сотнями. Пока Билл, Кейси и Барбара заколачивали окна и двери, прибивая к ним доски, куклы нападали с ожесточением. Рыдающий мужчина всхлипывал, а Кейси кричала. Казалось, тысячи рук бьются о внешнюю сторону дома.

— У нас нет ни единого шанса! — закричал Билл. — Все потеряно!

Несмотря на это, они продолжали сражаться. Воспользовавшись прекрасным набором столовых приборов из кухни, они контратаковали разделочными и мясницкими ножами, вилками для жарки и шампурами. На каждую, кого они уничтожили или отогнали, приходилось пять новых. Доски на окнах были вырваны, двери распахнулись настежь.

Кейси упалa первой, избитая до полусмерти, а затем затерялась в море корчащихся интимных спутниц.

Рыдающий мужчина зарыдал еще громче, когда пара маленьких исследователей из серой Зоны 51 утащили его в ночь, где было слышно, как его рыдания отдавались громким эхом, когда его увели для более тщательного обследования.

Наконец, старого доброго силача Билла вытащили за дверь, и Барбара осталась одна. Но, к ее чести, с вилкой для жарки в одной руке и шампуром в другой, она наколола десятки особей, пока вела арьергардные действия, поднимаясь по ступенькам, и заперлась в комнате. Через некоторое время, истеричные и трясущиеся удары в дверь стихли, и эротические спутницы снова вышли в ночь.

Наконец, после долгой и адской ночи наступил рассвет.

Взошло солнце, и она, спотыкаясь, спустилась по лестнице, все еще держа в руках оружие. Она услышала голоса. Через разбитое окно она увидела, как мужчины с пневматическими пистолетами сбрасывают на землю дюжину секс-кукол.

Когда бой утих, она вышла на крыльцо.

Мужчины направили на нее пистолеты.

— О! — закричала она.

— Осторожно, шериф, — сказал помощник шерифа Рой. — Она вооружена.

Шериф Кобб изучал ее в трусах и лифчике, ее безвкусное разрисованное лицо, блестящую кожу и оружие.

— Я не одна из них! — сказала она.

— Вы слышали это? — сказал помощник шерифа Рой. — Может, мне стоит ее допросить?

— Пожалуйста! — сказала она.

Помощник шерифа Страф покачал головой.

— Не знаю, шериф. Никогда раньше не слышал, чтобы они говорили.

Большой Кобб поднял свой пневматический пистолет, его сердце все еще пылало от того, что он застрелил близкую и родную подругу.