В гостиной он надел халат. Вместе с Джоан они бросились прочь из дома. Тимми всё ещё сидел в машине, его личико прижалось к стеклу, он во все глаза глядел на женщину с разметавшимися вьющимися волосами в розовой ночной рубашке, которая завывала, скорчившись на тротуаре.
Отовсюду по соседству доносились приглушённые крики, вопли и выстрелы. И вой сирен. Очень много сирен. Кажется, они ещё далеко.
— Боже мой, — тихонько пробормотал Пол.
Он пристально вглядывался в землю, пока Джоан открывала дверцу машины и брала Тимми на руки. Коленом она захлопнула дверцу. И понесла мальчика куда-то за машину.
— Куда это ты? — спросил Пол.
— К Эплгейту. Пойдём. Там мы будем в большей безопасности.
— Да, — подтвердил Пол. — Пожалуй.
И пошёл за женой к дому соседа.
Эту байку мне рассказал один старатель. А я просто помалкивала, да слушала.
Сразу скажу, она ко мне никакого отношения не имела. Она была пассией Джима с головы до пят — и со всеми прелестями посерёдке.
— Джим, — сказал я ему, — не стоит брать её с собой.
— Ещё как стоит, — заявил он.
— Пользы от неё никакой не будет, одни только ссоры да неприятности.
— Зато она зашибись какая красивая, — возразил Джим.
Что ж, тут мне крыть было нечем, но дела это не меняло.
— Она хочет увязаться с нами из-за той жилы. Золото ей наше нужно, вот что. Слушай, да ведь ты ей даже не нравишься.
Глазки у Джима заблестели и я прямо-таки увидел, как он припоминает прошлую ночь, когда он вволю попользовался прелестями Люси. Мы наткнулись на неё накануне днём, когда с важным видом выходили из пробирной конторы и это сразу заставило меня насторожиться. Я так думаю, она давно околачивалась поблизости и дожидалась, пока ей навстречу не выйдет парочка ухмыляющихся старателей.
И тут же подцепила Джима.
Джим у нас простак, потому она и начала клеиться к нему, а не ко мне. Сообразительности у него не больше, чем у лепёшки ослиного дерьма и это ясно читается у Джима на лице.
Может, вы подумали, что я зря качу на парня бочку, а всё оттого, что меня завидки взяли, ведь выбрала она не меня. Но это не так. Джим не моложе меня. И одевается он ничуть не наряднее, и пахнет от него ничуть не лучше, так что я такой же симпатичный парень, как и он. К тому же мы с ним равноправные партнёры, о чём Люси не могла знать с самого начала.
Нет. Просто Джим — ходячий образец идиота, а у меня куда получше с мозгами и здравым смыслом.
Я не из тех, кого можно увести куда угодно, привязав верёвочкой за…, но про Джима этого не скажешь и Люси это сразу поняла.
И вот, не успел я и глазом моргнуть, как остался сидеть в одиночестве в салуне, а Джим заперся с ней в шикарном номере "Джеймстаун отеля", убедив себя в том, что по уши влюблён.
Тут пора вернуться к заблестевшим глазкам Джима. Блестеть они начали на следующее утро, когда мы доедали отбивную с яичницей.
— А сдаётся мне, что она меня ещё как любит, — сказал он. — Зато ты ей не очень-то приглянулся, Джордж.
— Что ж, весёленькая ситуация. Вспомни лучше, сколько лет мы с тобой ходим в партнёрах.
Он наморщил лоб и стал вспоминать.
— Точно не скажу, но долго уже.
— Чертовски долго и теперь ты собираешься подложить нам обоим свинью. Ничто не приносит столько неудач, как баба на прииске и ты знаешь это не хуже меня. Вспомни лучше, что приключилось на прииске Керн с Биллом Плейснером и Майклом Мёрфи.
Джим пораскинул мозгами и начал отыскивать ответ между зубьев своей вилки.
— Ну, тогда дай я тебе напомню. Так вот, Билл и Майк были закадычные приятели, водой не разольёшь. И дружили они больше лет, чем у тебя осталось зубов.
— А у меня ещё много зубов осталось, — объявил Джим.
— Вот-вот и я об этом же. Словом, много лет. Никто не дружил так крепко, как Боб и Майк…
— Ты вроде говорил, его Биллом звали.
— Его звали Роберт Уильям. Кто называл его Боб, кто Билл. Так вот, Боб и Майк жили, как братья, то самого того чёрного для, когда у них на прииске появилась женщина. она тут же приклеилась к Майку, а к Бобу относилась так хреново, будто у того чесотка. Бедный Боб, бросили его холодного и одинокого. Но стал ли он жаловаться и качать права? Нет, сэр. Не такой он был парень и все свои беды переносил молча. И помнишь, что случилось потом?
— А как девушку-то звали? — спросил Джим.
— Грета.
— Помню, ходила у нас в воскресную школу Грета Гарни. Рыжая. А та Грета, что связалась с Майком, тоже рыжая была?
— Да вроде нет.
— А разве ты её не видел?
— Слушай, дай мне рассказать до конца, ладно? Ты способен вывести из себя даже приют для калек и слепых.
— Да я только…