В "Bullock’s"[71] она купила по этому случаю элегантное черное вечернее платье.
В день представления Джанет отправилась в салон красоты. Она подумывала о том, чтобы покрасить волосы. Но ей нравился ее естественный цвет. Кроме того, идея закрасить седину показалась ей трусливой. Лучше было принять это, смириться с осознанием того, что ее жизнь продолжается, идет своим чередом, и использовать каждый следующий день с максимальной пользой.
Она подстриглась очень коротко. Отчего стала выглядеть дерзко и чуточку моложе.
В тот вечер, перед выходом, она некоторое время стояла перед большим — в полный рост — зеркалом в прихожей и разглядывала себя.
Элегантное платье с глубоким вырезом было совершенно новым. Горностаевая шуба тоже выглядела новой. И Джанет чувствовала себя совершенно по-новому.
Ее глаза наполнились слезами.
Перед выходом из дома ей пришлось заново накрасить ресницы.
Поездка в Голливуд заняла полчаса. Вместо того чтобы искать свободные места на парковке, она оставила свой "Мерседес" на ярко освещенной платной стоянке в четырех кварталах от театра.
Дул холодный осенний ветер. Джанет чувствовала себя комфортно в своей шубе.
Она забрала свой билет в кассе. В тепле фойе "Баркли" сняла шубку и перекинула ее через руку. Сев на свое место, она сложила ее, положила на колени и гладила во время спектакля. Будто кошку, лежавшую у нее на коленях. Но ни у одной кошки никогда не было такого великолепного, приятного меха.
Джанет никуда не пошла во время антракта. Вместо этого она встала перед своим креслом и огляделась по сторонам. Конечно, она не увидела знакомых лиц. Но заметила нескольких женщин в мехах. В основном в палантинах, а не в шубах. Большинство женщин, носивших меха, были значительно старше Джанет. Некоторые — очень старыми.
Неужели она была единственной женщиной в театре моложе шестидесяти лет, пришедшей на спектакль в меховой одежде?
Выглядело именно так.
Всегда ли так было?
Джанет так не думала.
Могло ли все так сильно измениться за столь короткое время? Менее чем за три года?
Свет начал гаснуть.
Джанет села на место.
В конце представления она плакала и хлопала в ладоши. Затем вытерла слезы, прижала шубу к животу и вышла в боковой проход.
Направляясь в фойе, она испытывала чувство гордости.
Прийти сюда было для нее таким большим шагом. Она сама все организовала, нарядилась и пришла в театр. И ей понравилось выступление. Все было почти идеально. Если бы только Гарольд был с ней…
Теперь все будет проще.
На следующей неделе она попробует
В конце концов, она даже может встретить такого замечательного мужчину, как Гарольд.
Влюбиться.
Вздохнув, Джанет снова надела шубу. В вестибюле было жарко, поэтому она не стала застегивать пуговицы. Застряв в толпе, ожидающей выхода, она пожалела, что вообще ее надела. Люди прижимаясь, давили со всех сторон. Воздух казался горячим, тяжелым, удушливым.
Пока она, наконец, не добралась до двери.
Прохладная осенняя ночь была великолепна.
Джанет глубоко вздохнула. Воздух под театральным шатром был наполнен благоуханием множества духов, мужскими мускусными ароматами лосьонов после бритья и ликера, дымом сигарет и сигар. Будь то экзотические, приятные или отвратительные запахи, они возбуждали Джанет. Это были старые, хорошо знакомые друзья. Она набрала воздуха в легкие и улыбнулась.
Толпа рассеивалась, люди расходились в разные стороны. Джанет сделала паузу, чтобы вспомнить, где она припарковала свою машину.
Она повернула направо.
И сделал всего три шага, прежде чем чей-то голос крикнул:
— Убийца!
Джанет обернулась и увидела на обочине женщину, которая кричала:
— Нет!
Хрупкая седовласая старушка, закутанная в норковый палантин, всплеснула руками, когда на нее набросились две молодые женщины.
Эти двое выглядели весьма злобно.