Надев на себя всю одежду, кроме рубашки, я обвязал вокруг пояса верёвку, обмотав ей себя несколько раз. Я делал всё тщательно, таким образом, чтобы мотки не налезали один на другой, а концы верёвки подвернул снизу.
Я уже натягивал рубашку, когда Джим прошептал:
— Идёт.
Я поспешил застегнуть пуговицы.
Мы прихватили фонарики и выбрались наружу.
Джим поднёс палец к губам. Джордж кивнул и перехватил поудобнее бумажный пакет.
Я шёл впереди, пока мы не остановились возле гаражной стены.
— Всё принёс? — спросил Джим.
— Конечно.
Джордж открыл пакет, и вытащил оттуда бутылку вина.
— Ещё у меня "Твинки" есть.
— Отлично. Отложи пока.
— Хотите парочку сейчас слопать?
— Попозже.
— Мы знаем одно хорошее укромное местечко, — прошептал я. — Мы сперва зависнем там и закатим небольшую пирушку.
— Круто! — сказал Джордж.
Дорога к нашему "хорошему укромному местечку" заняла у нас минут двадцать.
Это был железнодорожный тоннель ниже Джефферсон Авеню.
Если бы с нами не было Джорджа, мы двигались бы так быстро, как только можно, и давно оставили бы его позади.
Даже при дневном свете это местечко нагоняло на нас дрожь.
Ночью мы никогда туда не ходили, поэтому всю дорогу я немного нервничал.
Отчасти я боялся, что нас могут заметить копы, или кто-нибудь из знакомых, которые могли проезжать мимо на машине, поэтому, каждый раз, когда машина ехала навстречу, я отворачивал лицо.
Но гораздо больше я боялся соваться в тоннель.
Мы бывали там не единожды, и знали, что туда приходят и другие люди. Бетонные стены были покрыты надписями, некоторые из них были довольно мерзкими и непристойными. А еще там вокруг валяются груды всякого хлама: пустые стеклянные бутылки, пачки от сигарет, смятые алюминиевые банки, и даже пара заплесневелых одеял со старым, заляпанным пятнами матрасом. А ещё одежда. Грязная кроссовка с носком, чьё-то старое нижнее белье, пара штанов.
Как-то раз мы сильно оживились, обнаружив там лифчик. Джим поднял его, и мы увидели, что он измазан старой засохшей грязью, и ещё на нём была порвана одна лямка.
Но лучшей нашей находкой был номер журнала
Самым мерзким открытием наших исследований оказался использованный презерватив. К нему мы, естественно, не прикасались.
Самая жуткая, когда-либо обнаруженная там находка — это пепелище костра, обложенное кругом обожжённых камней. Среди пепла валялись несколько обугленных банок и целая куча небольших костей. Сначала мы подумали, что это кости индейки, или чего-то такого. Но потом я нашёл череп. Подняв его, я сдул пепел. Череп выглядел слегка продолговатым, и имел острые зубы.
— Господи, да это ж кот! — сказал Джим.
Я вскрикнул, и уронил его. Череп, ударившись о камень, раскололся.
После того эпизода мы сторонились тоннеля.
Я определенно не горел желанием попасть туда снова. Особенно ночью.
Я бы, наверное, струсил, если б не одно обстоятельство: это было идеальным местом для того, чтобы заставить Джорджа пожалеть о том, что он связался с нами.
Очень скоро мы были на месте.
Джим остановился неподалёку от того места, где начиналось ограждение моста. Какое-то время мы молча там стояли, ожидая пока проедут машины. Очередной автомобиль скрылся из виду, а фары следующего светили где-то еще вдали. Джим решил, что его водитель нас не увидит:
— Сюда, скорее, — шепнул он, и зашагал по тротуару.
— Куда мы идём? — спросил Джордж.
— Это офигенное место, — ответил я. — Там никто нам не помешает.
Прежде чем автомобиль оказался слишком близко, мы проследовали за Джимом к деревьям, и, когда машина проносилась мимо, успели спрятаться. Мы миновали несколько деревьев и спустились к рельсам. Справа они тянулись через залитую лунным светом долину, слева — исчезали в чёрной пасти тоннеля.
По дороге снова пронеслись несколько машин, но теперь они меня не беспокоили. Мы были уже достаточно низко, и никто не смог бы увидеть нас за ограждением.
Трава была влажной от росы. Мои джинсы промокли до колен. Пару раз я даже поскользнулся, а Джордж и вовсе плюхнулся на задницу. Но, наконец, мы спустились вниз, и тут же взобрались на небольшую насыпь, по которой проходили рельсы.
— А, вот и наше местечко, — обратился я к Джоржду.
— Это оно? — его голос совсем не показался мне испуганным.
Джефферсон Авеню была шириной в четыре переулка, и таким образом, тёмная область под ней выглядела как тоннель. Мы могли видеть лунный свет на другом конце, но он был слишком бледен для того, чтобы позволить нам рассмотреть хоть что-то внутри самого тоннеля.
— Надеюсь, там никого не будет, — пробормотал я.
— Смотрите в оба, — предупредил Джим. — И будьте готовы драпать как угорелые.
— Может нам здесь остаться? — спросил Джордж.
Джим мотнул головой.
— Кто-нибудь может заметить нас с дороги. Вперёд.
— Ну, я даже не знаю, — засомневался Джордж.
— Но ты же сам хотел пойти с нами, — напомнил я.
— Да, но я…