Если я дам ему это, он умрет. Но если я этого не сделаю, дьявол позаботится о том, чтобы я закончил свои дни в ужасных муках и в самом неудовлетворительном месте. Сейчас меня очень настойчиво дергают за хвост. Я должен принять решение. Тут у меня появляется идея.
— Хорошо, я приготовлю вам еще, — говорю я клиенту. Бегу в подсобку, вытаскиваю новую бутылку, открываю ее и наливаю стакан. Я приношу его обратно и позволяю Ф. Бронсону Джонсону прополоскать горло. Так он и делает. Это сносит ему крышу.
Бронсон Джонсон откидывается на спинку стула, подмигивает мне и падает ничком. Как деревенщина. Я беру его и тащу в кабинку, чтобы он остыл, и я очень рад всему этому, потому что обманул дьявола. Я не хочу, чтобы этот болван стал пьяницей, но, если я не напою его, дьявол взбесится. Поэтому я иду на компромисс. Я даю ему выпивку со снотворным. Дьявол не знает об этом. Мой хвост перестает крутиться. Ф. Бронсон Джонсон будет лежать в безопасности всю ночь, и все оказались довольны.
Я начинаю думать об этом Регретти, о награде дьявола, и задаюсь вопросом, заставляет ли его Сатана выполнять другие такие задания. Может быть, ему не нравится эта работа, и он рад, что я занял его место на несколько часов.
У Регретти нет хвоста, но он, вероятно, все равно должен подчиняться приказам, или его утащат в чистилище и поджарят на какой-нибудь сере. Интересно, что он сейчас делает с Китти Картер? Вдруг я вспоминаю, что он отбил мою помидорку. И я застрял здесь. Как только я об этом думаю, из чистилища приходит еще один короткий сигнал.
— Вызываю всех демонов. Вызываю всех демонов. Регретти и Китти Картер находятся в гостинице. Регретти пытается выудить информацию об оборонном заводе у Китти. Иди и помоги ему. Это все.
Все, не так ли? Я сожалею, что пытался вытянуть из моей девушки военные секреты. Внезапно я понимаю, что Регретти не только слуга дьявола, но, вероятно, и агент Оси. Естественно, у дьявола и Оси много общего. Но… я должен пойти и помочь ему!
— Черта с два, — говорю я себе. Тут же у меня начинает болеть… то есть, мой хвост начинает болеть. Она закручивается. Сильно.
— Нет, — бормочу я, стиснув зубы. — Я не пойду!
Давление на хвост усиливается.
— Я не пойду, — выдыхаю я. — Если я это сделаю, совесть принесет мне больше страданий, чем хвост.
Я стою, стиснув зубы. Но недолго. Что-то хватает меня сзади и тащит по полу! Не успеваю я опомниться, как уже выхожу за дверь. Мой хвост дергается, и я следую за ним. Я на улице, скольжу назад.
— Эй! — протестую я с тихим криком.
Но все же иду, виляя хвостом перед собой. Ничего не остается, как развернуться и идти к указанной гостинице — это танцевальный дворец в пентхаусе на крыше отеля, расположенного внизу улицы. Место на самом верху, под стать ценам. Я представляю, как Регретти сидит там с Китти и угощает ее выпивкой. Вероятно, он поглаживает усы и наливает старый итальянский бальзам. И вот я здесь, направляюсь, чтобы помочь ему. Меня как бы водят за нос — только наоборот. Я смотрю на часы и вижу, что уже одиннадцать вечера. Осталось меньше часа, прежде чем я освобожусь. Но я пока еще раб. Я иду через вестибюль, радуясь, что мой хвост скрыт, и поднимаюсь на лифте на крышу.
На крыше играет оркестр, официанты снуют туда-сюда, а посетители стучат ногами по танцполу. Здесь довольно громко. Я оглядываю столы и замечаю знакомое лицо. Китти. Она склонилась над своим стаканом и разговаривает с парнем, который, кажется, прячется за растением в горшке. Я бросаю еще один взгляд и узнаю Регретти и его усы. Их головы склонены друг к другу. Она шевелит губами, а он шевелит ушами. Это похоже на коротковолновый сигнал дьявола — она словно просыпает бобы, чтобы сожалеть об этом впоследствии. И он хватает эти бобы, чтобы сделать суп для диверсантов Оси.
Я должен помочь ему. Но когда я смотрю на бедную Китти, взволнованный тем, что она рассказывает ему о своей работе на фабрике и о том, что они делают, у меня разрывается сердце.
— Хвост или не хвост, — бормочу я. — Я собираюсь положить этому конец.
Я бегу по полу, пока не добираюсь до стола. Регретти и девушка поднимают глаза.
— Привет, Левша, — хихикает Китти. — Я так чудесно провожу время, рассказывая мистеру Регретти о своей работе и обо всем остальном.
— Ага! — говорит Регентти, выталкивая слова из-под усов. — Это ты, Фип. — Он хмурится, а я просто стою.
— Что ты здесь делаешь? Мы договорились, что ты займешь мое место до полуночи. Твое время еще не истекло.
— Да, — киваю я. — Но твое вышло, Регретти. Я знаю, что ты задумал. И я знаю, что ты будешь делать через пять минут, если не прекратишь.
— Что случилось? — тревожится Китти Картер.
— Он должен быть несет — как вы это называете? — чушь собачью, — говорит Регретти, притворно улыбаясь.
— Ты знаешь, что я имею в виду, — кричу я. — Давай, Регретти, встань и позволь мне сбить тебя с ног.
