Я киплю от гнева, а также от чего-то еще — поэтому спешу сойти со скалы. Я машу лампой Джинну.
— Вытащи меня из этой галереи упырей, — приказываю я. — Я просил ночной клуб, а не аттракцион ужасов.
Поэтому я объясняю, что такое ночной клуб, словами, состоящими только из одного слога или меньше, и, наконец, Джинн улавливает суть. К этому времени я подхватываю Джинна и взбираюсь ему на талию, потому что несколько черных существ с зубами смотрят на меня так, как малиновка смотрит на червяка — нежно, но с слишком большим интересом.
— Назад на Землю, — приказываю я. — Помни, на этот раз сделай это ночным клубом — ты узнаешь его по запаху джина, когда пролетишь над ним.
Джинн машет руками, и снова нас окутывает туман. Когда открываю глаза, я оказываюсь в толпе. Конечно же, я сижу за столом в конюшне Мейбл, загоне для светских кобыл и лошадей для переодевания. Как только я открываю глаза, я задуваю лампу в руке, и Джинн исчезает вместе с ней.
Очень удачно, что все смотрят шоу, когда я неожиданно появился за задним столом, потому что никто не заметил Джинна. Тем не менее, я замечаю, что пара жирных амбалов косятся на меня. Я рассаживаюсь с беспечным видом. Вот я в ночном клубе. Оркестр играет популярную песню, девушка — певица стонет у микрофона, толпа танцует — достаточно шумно, чтобы сосредоточиться. И я концентрируюсь. Но не на лампе, а на блондинке, которая сидит за соседним столом. Она сидит там одна, и поэтому я, естественно, делаю все возможное, чтобы вежливо привлечь ее внимание такими замечаниями, как «Эй, детка!» и «Привет, котенок!» и тому подобное.
Но она очень недоверчива и не замечает меня вообще, кроме ответа: «Отвали от меня, придурок».
Так что я вижу, что она действительно очень увлечена мной. Я понимаю, что в настроении пофлиртовать. Поэтому ныряю под стол, натягиваю скатерть на голову и зажигаю лампу. Там, внизу, ужасно дымно, но я не хочу, чтобы кто-нибудь заметил меня. Конечно, во время шоу здесь все огни выключены, поэтому я не очень заметен, за исключением части меня, торчащей из-под стола. Тем не менее, я почти задыхаюсь, прежде чем пять минут истекают и появляется Джинн. Он раздувается от дыма, но не успевает вырасти до своих пятнадцати футов, как шепчет:
— Чего ты желаешь, о господин?
— Мое желание — вон то блюдо, — объясняю я, указывая на девицу. — Подведи ее к моему столику.
— Твое желание для меня закон, — говорит Джинн.
— Когда приведешь ее, исчезни, — предупреждаю я его.
Он кланяется, и дым исчезает.
Через минуту я снова на своем месте, и напротив меня сидит эта блондинка, моргая глазами.
— Как я сюда попала? — задыхается она. — Я сидела за столом, а потом вдруг оказалась здесь.
— Ну, не трудись уходить, — говорю я очень вежливо.
Она немного смягчается от этой лести.
— В конце концов, — продолжаю я, — тебе повезло. Не каждая девушка может сидеть с самым богатым человеком в мире.
— Почему… — она трепещет. — Мистер Моргентау, простите, что не узнала вас раньше.
— Меня зовут Левша Фип, — говорю я. — А этот Моргентау, о котором ты говоришь, просто ничтожество по сравнению со мной.
— Я так не думаю, — возражает блондинка. — Ты одет не как богатый человек. И зачем ты таскаешь с собой эту старую засаленную лампу?
— Это для тех, кто задает глупые вопросы, — отвечаю я. — Но я докажу тебе, что я богат.
— Вешай лапшу в другом месте, — замечает она в культурной манере.
Я встаю.
— Просто дай мне пять минут, — обещаю я ей. — Пять минут — это все, что мне нужно. В конце этого времени я покажу вам богатство, о котором ты и не мечтала.
Она пожимает плечами. Но я кланяюсь, беру лампу и ухожу. Когда я выхожу, я замечаю, что два придурка у бара все еще смотрят на меня. Один толкает другого и указывает на лампу Аладдина. Однако я не обращаю на них внимания. У меня на уме совсем другое. Это действительно мой шанс доказать, на что способен Джинн. Поэтому я действую очень осторожно. Я прохожу мимо раздевалки ночного клуба, пока не оказываюсь в пустом кабинете управляющего. Я проскальзываю внутрь и закрываю дверь. Потом опускаюсь на колени и зажигаю лампу.
— Джинн, — шепчу я, — делай свое дело!
Через пять минут я возвращаюсь к столу. Блондинка все еще сидит там. Когда я похлопываю ее по плечу, она ухмыляется.
— Пойдем со мной, — говорю ей. — Я покажу тебе настоящее богатство.
— Я не хочу сейчас смотреть ни на какие гравюры, — фыркает она. — Или татуировки.
— Все в рамках приличий, — настаиваю я. — Сюда, пожалуйста.
Я веду ее к двери кабинета директора. Потом останавливаюсь и загадочно смотрю.
— За этой дверью, — говорю я ей, — самая драгоценная коллекция в мире. Представь себе самые бесценные сокровища.
Теперь ей действительно интересно.
— Золото? — пищит она.
Я качаю головой.
— Бриллианты?
Снова нет.
— Ну… Радий? Платина?
— Чтобы в это поверить, надо видеть, — говорю я. И проталкиваю ее в дверной проем. Она смотрит и просто стоит.
— Не могу поверить! — кричит она. Я держу ее, чтобы она не упала в обморок.
— Резиновые шины! — шепчет она. — Кучи резиновых шин, новых! И холодильник!
— Все мое, — ухмыляюсь я. — Теперь ты веришь, что я богат?
