Уже учась в институте, я познакомилась с выдающейся личностью, которая до сих пор очень важна для меня, — с подругой Витой. Никогда ни до, ни после нее я не встречала людей более одаренных, талантливых и цельных.
Вита жила во Львове и разговаривала очень красивой литературной украинской речью, хотя могла и удивить западными штучками. У них много польских слов, и все свободно говорят по-польски. Под ее влиянием и обаянием я подучилась разговаривать на украинском языке.
Мы подружились, и Вита не раз приглашала меня к себе домой. Я была и есть легкой на подъем, и расстояние в ночь в поезде не казалось таким далеким.
Вита сама была из другого мира, и путешествия к ней позволяли его исследовать. И во Львове, и у нее дома существовала совсем другая культура, незнакомая и привлекательная для меня. Семья бабушки Виты хранила традиции, и на праздники они ездили в село к бабушке.
Их городская жизнь шла в безумном темпе, била ключом и была наполнена до краев самыми разнообразными и неожиданными событиями. Вите стоило пройти по улице, чтобы случились самые невероятные приключения, которые даже сложно себе представить. Но всегда с хорошим концом!
Вита жила с мамой в малюсенькой однокомнатной квартире, которая сейчас бы называлась студия. В каждый мой приезд в квартирке совершались чудеса трансформации по расширению пространства. У них в гостях я чувствовала себя принцессой в королевском дворце. Или третьей Дюймовочкой — и Вита, и ее мама были миниатюрными.
У Виты был оригинальный стиль одежды и, казалось, необъятный, впечатляющий гардероб, который не оставлял никого равнодушным к ее яркой личности. В миниатюрной прихожей, где даже развернуться было сложно, стоял один довольно непримечательный шкаф, в который, по сказочным законам, каким-то образом растворялся и прятался огромный гардероб на двух женщин на все сезоны.
Как-то Вита пригласила меня отпраздновать Рождество с ее семьей — в селе у «бабці Марії». У нас не было сельских родственников, и я никогда не праздновала Рождество. Конечно, я была счастлива увидеться с Витой и побывать в продолжении сказки.
Мне кажется, это было Рождество девяносто пятого года. Бабця Мария жила одна в большом доме, в котором выросли ее дети. Вся семья приезжала на праздники, по традиции, в этот дом. Плохо помню, как мы туда добирались. Кажется, дядя Виты забрал нас и довез на машине.
Я была поражена кристальной чистотой и порядком. Весь дом блестел и был украшен рушниками, скатертями, салфетками, занавесями на окна с густой ручной вышивкой. В порядочных домах, как у Марии, есть несколько комплектов такого убранства, и этот вариант был праздничным.
Зная, сколько работы у сельских жителей, сложно представить себе количество человекочасов, ушедшее на эту вышивку — всё это долгими зимними вечерами и с песнями.
Спокойствие этой женщины было самым большим впечатлением. Я не видела, как она готовилась к приему гостей, но когда они в доме — всё сделано и на ее лице — нежная улыбка счастья. Ее любовь к своим детям и внукам практически ощущалась в воздухе, но не выражалась суетой. Семья отвечала взаимностью.
Даже дворовая собачка, которых в деревнях держат на цепи и в холоде, радостно ластилась к людям в теплом доме — тоже член семьи, и вел себя достойно, хвостом ничего не смахнул.
Мне поняла, откуда букет талантов Виты. Мощный нравственный фундамент читался в характере ее бабушки Марии. Талантам, как и цветам, нужна почва, опора. Таланты моей подруги были с такими родственниками как за каменной стеной.
Поминали деда Осипа, мужа Марии, который тоже, видимо, был незаурядной личностью. Их дети, мама Виты и мамин брат, стали достойными продолжателями рода.
Сын — известный композитор и исполнитель песен, дочь — врач-педиатр, завотделением в детской больнице.
Собачка вокализовала радостное праздничное возбуждение. Пса оставили на кухне, так как невозможно было гарантировать безопасность празднично убранной гостиной в присутствии его виляющего, как бита, хвоста.
Семья переместилась в гостиную и возбужденно обменивалась последними новостями. Очень скоро в двери постучали. В Сочельник группы детей и взрослых ходят по домам и поют колядки. Такого я даже в кино не видела. Группа нарядных людей заходит в дом и исполняет красиво, на многие голоса традиционные песни про Христа, Деву Марию, волхвов и другие вещи на тему.
Все, понятное дело, знают слова, кроме меня, и подпевают. Подпевать как раз я умею, но со словами не очень, однако влилась в коллектив. Пение мне всегда в радость. Произнося слова, я не особо могла себе представить действующих лиц — очень уж я была далека от рождественской темы.
Исполняли колядки очень профессионально — я это оценила. Почувствовала себя в семье Бахов по музыкальности. За колядки предлагают сладости и деньги. Певцы с благодарностью их берут и продолжают свой путь.
Общая беседа прерывалась такими спонтанными представлениями несколько раз.
