Они приехали домой к Кэролайн Флетчер рано утром. От тихого очарования природы, царившего вчера, не осталось и следа. Дул пронизывающий восточный ветер, бил дождь с градом, острым и серым, как галька. Было семь утра, и улица только просыпалась. Кэролайн жила в паре деревень от Элвета, в удалении от побережья, в новом красивом районе. Дома были украшены нарядными карнизами, у каждого дома был двухместный гараж и большая оранжерея. Такое место пришлось бы по душе Эшворту в том случае, если бы его повысили. Веру бы здесь затравили за неопрятный сад и шумных друзей.
Она остановилась на подъездной дорожке и оглянулась, выжидая, чтобы ее заметили соседи.
– По-моему, мы крайне тактичны, – сказала она. – Могли бы ведь приехать на патрульной машине.
Эшворт видел, что она наслаждается ситуацией, и был достаточно умен, чтобы не портить ей веселье. Из-за занавески в окне соседнего дома на них смотрела кудрявая девочка в розовом халате, примерно возраста его сына. Он помахал ей, и она исчезла. Вера постучала в дверь. В окне наверху загорелся свет. Послышались шаги.
Дверь открылась. На улицу выглянул высокий мужчина с лицом тритона и длинной шеей. На нем был строгий костюм и темный галстук.
– Можете сказать Кэролайн, что мы хотели бы зайти на пару слов? – Вера широко и дружелюбно улыбнулась.
К ним подошел мальчик-газетчик в черной куртке, капюшон которой, как паранджа, скрывал все, кроме глаз. Он сунул экземпляр «Файненшл Таймс» в руку мужчины. Значит, бухгалтер. Он, казалось, отвлекся на заголовок и ответил не сразу.
– Мы не можем стоять тут весь день.
– Я не уверен…
Вера сделала глубокий вдох и заговорила громко, нарочито отчетливо выговаривая слова.
– Я – Вера Стэнхоуп. Полиция Нортумберленда. Я хочу поговорить с Кэролайн Флетчер.
Мальчик остановился у ворот и обернулся. Весь район будет в курсе раньше, чем он вернется домой из школы. Мужчина покраснел, сделавшись пунцовым, как занавески на маленьком окошке позади него.
– Проходите, – быстро сказал он. – Кэролайн внутри. – Затем, попытавшись сохранить достоинство: – Прошу меня извинить. Я как раз собирался на работу. – Он сгреб ключи от машины со столика, поднял портфель, стоявший на лестнице, и быстро скрылся.
Кэролайн стояла посреди гостиной. Видимо, она слышала их разговор, подождала, пока они зайдут, и, прежде чем заговорить, закрыла входную дверь.
– Чем я могу вам помочь? – спросила она ледяным тоном тех невозмутимых женщин, которые продают духи в дорогих магазинах и обычно не обращают на Веру никакого внимания. Еще не было и половины восьмого, но она уже была одета и накрашена, словно знала, что Вера придет сегодня, хотя этой информацией она не могла располагать. Вера не говорила о своих планах никому в штаб-квартире. Но все-таки Кэролайн проработала в уголовном розыске шесть лет. Быстро получила повышение, хорошо справлялась с работой. Вера ее недооценила. На ее месте она бы все разыграла так же.
– Кто это был? – спросила Вера. – Муженек? – Они до сих пор стояли у входа.
– Вы знаете, что я не замужем. Наверняка проверили. Мы с Алексом живем вместе четыре года.
Она выглядела сурово: черная юбка, черные сапоги, кофта с высоким воротником цвета спелой сливы. Ничто не торчало и не свисало, все выглядело аккуратно и точно так, как должно быть.
– Очень мило, – неопределенно ответила Вера. Она села в мягкое кресло рядом с газовым камином и вытащила блокнот и ручку из сумки. – Сколько вам сейчас лет?
– Это вы уже тоже должны были выяснить. Сорок шесть.
– Выглядите отлично, – сказала Вера с восхищением. Она говорила искренне: они были почти одного возраста, но Кэролайн выглядела лет на десять моложе. – Чем вы сейчас занимаетесь?
– Я риелтор.
– Успешный?
– Я продаю больше недвижимости, чем кто-либо еще в компании.
– Кофе? – спросила Кэролайн.
– Да, почему бы и нет? С молоком, ложка сахара. А Джо пьет черный.
Пока готовился кофе, Вера отстраненно рисовала в своем блокноте. Пауки и сети. Джо Эшворт, наблюдавший за этим с другого конца комнаты, подумал, что, будь здесь психиатр, он бы повеселился. Видимо, у Кэролайн все уже было готово заранее – и вода, и поднос с приборами, потому что она вернулась почти сразу же. Комната наполнилась ароматом кофе. Она расставила посуду на столе: большой кофейник, три кружки из сервиза, сахарница, молочник и коричневая тарелка с имбирным печеньем. Вера оторвалась от блокнота.
