— Меня осенило, во время совместного дежурства с Фархутдиновым. Попался сложный отек легких у астматика с сердечной недостаточностью, я задумался ненадолго, а после вызова Фархутдинов мне по-свойски попенял на то, что я, дескать, торможу, когда дорога каждая секунда. И тут до меня дошло — они с Тюленем были торопыги-рекордсмены, два сапога пара. Когда вместе дежурили, то выделывались друг перед другом на скорость. Скорость важна, но иногда нужно притормозить и подумать, чтобы не наломать дров. Когда они работали порознь, то их «уравновешивали» напарники, потому все было в рамках обычного. Я Фархутдинову так и объяснил.
— А он что?
— А он надулся и сказал, что нечего валить с больной головы на здоровую. Мы же, в конце концов, скорая помощь, а не медленная. Короче говоря, не понял он меня.
— Интересная история! — сказала Елена. — Я сделаю из нее задачку на сообразительность и посмотрю, что скажут коллеги.
— Начинай с главного врача, — поддел Данилов, — и не забудь рассказать мне, что он ответит.
Елена была заместителем главного врача московской станции скорой помощи и директором юго-восточного регионального объединения[15] номер пять.
— Я на собрании всех разом озадачу, — улыбнулась Елена, — так удобнее и никому не обидно. Разумеется, без подробностей. Разве что скажу, что это случай из практики моего замечательного мужа, который в скором времени затмит своими подвигами Шерлока Холмса, Эркюля Пуаро, комиссара Мегрэ и майора Пронина вместе взятых.
— Вообще-то моим идеалом всегда был Пал Палыч Знаменский, — ответил Данилов. — Он свой и понятный, практически — современник.
— У Пал Палыча были Томин и Зиночка, — возразила Елена. — А ты типичный волк-одиночка.
— Ну почему же… — укоризненно протянул Данилов. — Совсем не одиночка. У меня тоже есть Зиночка и условный Томин.
— Так-с! — сверкнула глазами жена. — С этого момента прошу поподробнее. Что за Зиночка? Почему я о ней ничего не знаю?
— Потому что я познакомился с ней только сегодня, — ответил Данилов успокаивающим тоном. — Это старшая сестра отделения анестезиологии и реанимации Ирина Константиновна. Очень милая женщина, сильно переживает по поводу происходящего, сочувствует Денису Альбертовичу…
— Она симпатичная? — деловито осведомилась Елена.
— С тобой не сравнишь, но в целом очень даже ничего.
У Ирины Константиновны были волшебные глаза — большие, миндалевидные, невероятного кобальтового оттенка, насыщенного и колдовского. Высокие скулы, точеный носик и крупный рот с сочными губами довершали впечатление. При таком лице высокий рост и хорошая фигура выглядели приложением, а не достоинствами. Если бы друг Полянский увидел Ирину Константиновну, то вполне мог бы потерять свою голову. Данилов голову не терял, но смотреть на красивую женщину всегда приятно. А если она еще и умна, да вдобавок хочет тебе помочь…
— Я лично считаю, что Денис Альбертович — идеальный заведующий, — сказала Ирина Константиновна, когда они остались в ординаторской одни (Данилов делал вид, что просматривает истории болезни, но на самом деле хотел пообщаться с народом после официального представления его в качестве нового совместителя). — Наш бывший заведующий Михаил Юрьевич был хорошим врачом, но как человек… — она скорчила гримасу, — оставлял желать лучшего. Он не любил и не уважал людей, рассматривал их только с точки зрения полезности. Чуть что не так — вылетишь вон вперед собственного визга. Когда у одной из девочек умерла двоюродная сестра в Челябинске, он не хотел отпускать ее на похороны. Подумаешь — какая-то дальняя родственница! А кто работать будет? Медсестра сказала, что полетит в Челябинск в любом случае. Хотите — увольняйте по статье за прогул, мне без разницы. Михаил Юрьевич сразу осекся и врубил задний ход — раз уж так, то конечно дам неделю за свой счет. Но это в нем не совесть заговорила, а прагматизм. Ясное дело, что проще отпустить медсестру на несколько дней, чем искать новую. Ничего личного, только голый расчет. С такими людьми работать можно, если к ним притрешься, но неприятно, — Ирина Константиновна брезгливо поморщилась. — А вот Денис Альбертович — совершенно другой. Если он может пойти навстречу, то пойдет без вопросов. Не знаю, как врачи, а сестры и санитарки от него в восторге. Среднему и младшему персоналу всегда больше достается от начальства, поэтому мы очень ценим хороших заведующих. А на Дениса Альбертовича просто не надышимся. Золотой человек!
— Я слышал, что у вас есть серьезные проблемы, — закинул удочку Данилов. — Летальность высокая и совершенно непонятно почему так…
