Подростки, забыв обо всём, ринулись в центр поляны. Алёнка, спохватившись, потянула за лямку тяжеленный Тимкин рюкзак, набитый припасами и вещами. Загремел далекий гром. Стас, явно прибавивший в силе трусливый недоучка-некромант, скинув на землю тяжёлое одеяние, шепотом декламировал заклинания, удерживая темного эльфа на границе поляны. Потусторонняя тварь рвала когтями и зубастой пастью полумертвого орка. Кроваво-красная луна очистилась от завесы и взглянула на мир.
Стас, вдруг запнувшись на полуслове, опустил взгляд на свою грудь. Плотный темный камзол встопорщился, разрываясь. Из прорехи выглянул наконечник стрелы. Ещё одной. Ещё. И ещё. Некромант во мгновение ока стал похож на странного ежа, ощетинившегося иголками сразу в обе стороны. Тварь, терзавшая тело хрипящего в агонии Джихи, заверещала, кидаясь на защиту хозяина. Тщетно. Стрелы, летевшие из леса, рвали кожистые крылья, протыкали, дымясь, сухое черное тело.
- Варька... Светлую молитву!.. - отплевываясь кровью, прохрипел Стас. Упал на колени. - Тяни Силу! Сейчас! Держи всё! Помоги мне!
Варежка запела. Песня-заклинание была лишена ясного смысла, тягучие мелодичные звуки заполнили всё пространство. Стас, грязным кулем свалившийся за пределами очерченного лунным светом круга, молча протянул руки, подпитывая стену холодного, перламутрово-алого пламени, окружившего подростков. Стрелы, прекратив дырявить некроманта, градом посыпались на ребят, но вспыхивали мертвенно и ломались, едва достигнув магической преграды.
Тима заметался, не зная, что предпринять, ринулся сквозь обжигающую холодом границу круга.
- Стоять, дурак! - рявкнула Алёнка. - Не поможешь! Убьют!
На поляну выскочили запоздавшие подельники орка и эльфа. Стас, захрипев, одним движением развоплотил издыхающего потустороннего помощника, и, взмахнув руками, бросил последний яркий сгусток энергии в истаивавшие на глазах силуэты друзей.
- Кинули меня, сволочи, - прошептал маг и закрыл глаза. - Шеонна... Всё... видела... Икнётся...
***
Пространство потемнело, поплыло. Тихая мелодия окутала замерших подростков, всколыхнулась шёпотом, шорохами, цокотом копыт, неясным рёвом, затихла. Темнота взорвалась треском, разноцветными искрами. Небо, занявшее всё окружающее пространство, загудело, мутными вихрями взметнулась тьма. Расплывающиеся силуэты призрачных всадников рвались вперёд, слились в одну туманную полосу. Всё замерло.
Тьма, обнимавшая со всех сторон, рассеялась, отступила. Лёгкий ветерок промчался по полянке. Зашумели плакучие ивы, купая свои гибкие ветви в водах взбурлившего пруда. Зашушукались кронами ольхи и вербы. По ушам резануло взрывом далекого грома. Мутные тени галопирующих в небесах всадников поблекли и исчезли. Лунный свет, заливавший окрестности, потерял красный оттенок.
Подростки, крепко державшиеся за руки, оглядывались, переводя дух. Варежка, взглянув на небо, застонала. Созвездий, усыпавших ночной небосклон, никогда не было ни в одном земном астрономическом атласе. Полная луна безразлично светила с далеких чужих небес.
ГЛАВА 6
Наступившее утро размазывало очертания окрестностей плотным влажным туманом. Ребята, кое-как скоротавшие ночь на берегу пруда, заросшего водяными лилиями, угрюмо молчали, не желая обсуждать факт, понятный всем. Домой вернуться не получилось.
Обсуждение того, что произошло со Стасом, тоже увязло в недомолвках, едва начавшись. Все видели, как выгнулось в агонии тело одноклассника, помнили, что золотистый оживляющий шар, в последние мгновения перед переносом посланный Варежкой, кажется, не достиг цели. Сгусток энергии просто лопнул над телом некроманта, обсыпав его яркими искрами. Воскрешение не удалось. А после мгла портала и вовсе заслонила собой всё вокруг.
- Я слушаю предложения, - подал голос Лёха. - Что дальше?
- Пруд, - едва слышно подала голос Варежка. - Пруд - это люди. Люди - это цивилизация. Тут в двух шагах дамба есть, видела, когда... хм-м... в окрестности ходила. Значит, цивилизация не самая примитивная.
- Тс-с-с! - зашипел Тимофей. - Слышали?
Компания замерла, вслушиваясь. В ивовых зарослях зашумело. Зыбкий утренний туман наполнился шорохами, посвистом ранних птах и залихватской мелодией.
- Явно хитовая песенка, - шепнула Алёнка. - На "Евровидении" точно бы в тройку лидеров вошла. В мозгах вязнет.
В камышах зашумело, и одинокий детский голосок проворчал по-взрослому:
- Орёт! Ругается! Всю рыбу распугала, водяной бы её побрал!
Ребята вслушивались в недовольное бормотание. Со стороны дамбы донеслись неясные недовольные вскрики.
- Я пошла. Сейчас всё узнаю, раз уж и в этом мире мы язык понимаем, - буркнула Яська, и скрылась в прибрежных зарослях до того, как кто-то успел её остановить.
Лёха нервничал, хотя видимой угрозы не наблюдалось. Через несколько минут Яська, насвистывая прилипчивую мелодию, вернулась к компании.
- Мы на огроменском хуторе. Хирунд называется. Ночью был какой-то Дикий Гон, а меня обозвали какой-то низушкой. Кто-нибудь знает, что это такое?
Алёнка вздрогнула. Тимоха хекнул в кулак.
- Кто там был, Ясь? Что ещё узнала?
