Институт злорадно спутал полутемные ходы. Моргающие аварийными лампами тоннели раздваивались, расстраивались, превращались в перекрестки, круто поворачивали, никак не желая закончиться. Мимо проносились грубые информационные щиты с памятками о противодействии терроризму и правилами пожарной безопасности. Мелькали картины в рамах. Они казались одинаковыми, пока Света не начала вглядываться. Картины и впрямь были одинаковыми. Те же самые полотна, что они с Кириллом рассматривали, ожидая, когда начнется эксперимент.
Бегать так быстро, так долго Свете не доводилось со школьной скамьи. Черт! Да никогда в жизни она столько не бегала! Однако на удивление дыхание оставалось ровным – еще один довод в пользу того, что все это было частью сновидения. Подобно Алисе в Стране чудес, Света неслась на всех парах, чтобы только сорваться с места.
Тонкая нить крика то обрывалась, то возникала вновь. Одна она не давала Свете окончательно заплутать в этом чертовом сонном Лабиринте, полном невидимых пока минотавров. «Лабиринт, очень созвучно с Лаберин», – пришло вдруг ей в голову, и, вопреки жутковатой ситуации, она скупо улыбнулась на бегу.
Впереди взметнулась ярко-желтая полоса. Пропала и взметнулась опять. По размеренному ритму Света поняла, что это луч фонаря мечется в руке Лили. Фонарь? Откуда у нее фонарь?! Впрочем, какая разница? Главное – остановить Лилю, пока она не сошла с ума от ужаса!
Стоило возникнуть этой мысли, как впереди выросла глухая стена болезненно-зеленого цвета. Погоня завершилась глухим тупиком. Лампа под потолком искрила, по большей части создавая тени, а не свет. Решив, что все-таки ошиблась поворотом, Света тихонько выругалась с досады. Очнулось сердце, застучало часто, тревожно. В одиночестве понимание нереальности происходящего успокаивало слабо.
В отчаянии Света обернулась, надеясь увидеть приближающихся мужчин. Никого, только где-то далеко стучат тяжелые шаги, да со свистом вылетает из легких сиплое дыхание. Не видать ничего. В этом крыле горящие лампы встречались гораздо реже. Вздохнув, Света двинулась обратно и спустя пару секунд снова увидала знакомый желтый луч. Глухо позвякивала цепь, плаксивый женский голос умоляюще лепетал:
– Давай же, родненький! Ну чего ты упираешься? Выпусти меня отсюда…
– Лиля! – Света спешно пошла на голос. – Лиля, я иду! Не бойся!
Узкую нишу пропустить было немудрено. Если бы не мельтешение фонаря и сдавленные мольбы, Света и сейчас прошла бы мимо. Несколько ступенек уводили вниз, на площадку, где… Света едва не завопила от радости – там находилась стеклянная дверь, за которой угадывалась улица! Боже, как они могли забыть, что в любом здании должен быть запасной выход?!
Металлические ручки широких створок перехватывала цепь с навесным замком. С ним-то и возилась Лиля, точно с живым существом, поглаживая, что-то просительно нашептывая. «Надо же, – удивилась Света. – Она еще и ключ где-то откопала!» Замок не поддавался. Лиля злилась и трясла его, но тут же, устыдившись, снова бросалась гладить и уговаривать.
– Лиля, вот ты где!
Блондинка вздрогнула. Воровато спрятала руки за спиной. Фонарик горел исправно, предательски разливая под ногами желтое пятно. Лиля, не с первого раза, но все же выключила его, погрузив закуток у запасного выхода во мрак. Света плавно, чтобы не напугать девушку еще больше, шагнула на ступеньки. Уличного освещения едва хватало, чтобы очерчивать фигуру Лили.
– Лиль, не бойся, это я, Света!
– Откуда мне знать? – помолчав, спросила Лиля.
Вопрос застал врасплох. Не зная, как ответить, Света замерла на первой ступеньке, не донеся ногу до второй.
– В смысле?
– Откуда мне знать, что ты это ты, а не он?
– Кто «он»?
Лиля не отвечала так долго, что Света забеспокоилась. Когда до нее долетел дрожащий шепот, она с трудом разобрала слова.
– Тот, у кого нет своего лица, и поэтому он может надеть любое.
– Что ты такое говоришь?
Света и сама слышала, насколько фальшиво у нее получилось разыграть удивление. Безликий. Конечно, она говорила о Безликом. Черная непостижимая тварь из кошмаров Антона. По шее будто сквозняк прошелся – волосы на затылке зашевелились. Несмотря на почти полную темноту, Лиля почувствовала ее сомнения:
– Ты видела его?
– Лиля, подожди, ты ведь не знаешь ничего! Мы с ребятами все проанализировали, и… это сон, понимаешь? Все, что мы видим, нереально! Эксперимент удался, и нам теперь нужно просто сделать то, зачем мы сюда пришли!
– Я знаю, что это сон. Я почти сразу это поняла, просто верить не хотела.
Лиля сделала первый робкий шаг наверх.
– Конечно! Мы все не сразу поверили. Там, после того как… – Света замялась. – Ну, когда мы нашли труп Лаберина, мы отбросили все лишнее, и в остатке получилось, что только сновидение может все это объяснить!
– Отбросили все лишнее, включая меня? – желчно поинтересовалась Лиля.
