Я постаралась сохранить невозмутимое выражение лица, хотя на самом деле до невозмутимости мне было далеко.
– Скорее, на Эдварда. А кудри – как у тебя, – добавила я после секундного раздумья.
Чарли вздрогнул, потом засопел.
– Хм… Наверное. Хм. Дедушка. – Он с недоумением покачал головой. – А мне когда-нибудь дадут ее подержать?
Я заморгала от неожиданности, однако тут же собралась. Полсекунды на раздумья, беглый взгляд на Ренесми (она уже крепко спала) – и… Была не была, испытывать судьбу, так уж по полной, а удача сегодня мне улыбается.
– Держи! – Я протянула малышку Чарли. Он неумело подставил сложенные колыбелькой руки. По температуре его кожа ничем не отличалась от кожи Ренесми – такая же горячая – но, представив, как под тонким покровом бьется и пульсирует живое тепло, я снова почувствовала першение в горле. От моего прикосновения папина рука покрылась пупырышками. То ли от холода, то ли от нервов…
– Надо же… Крепенькая! – крякнул Чарли, принимая Ренесми на руки.
Разве? Я нахмурилась. Мне она казалась легче перышка. Видимо, мои ощущения уже не критерий.
– Это хорошо, – увидев мое лицо, поспешил заверить Чарли – и добавил себе под нос: – Когда вокруг такой дурдом, только крепенькой и нужно быть. – Он осторожно покачал девочку из стороны в сторону. – Красивее малышки за всю жизнь не видал. Даже считая тебя, дочка. Прости.
– Согласна.
– Красавица! – заворковал он.
По его лицу было видно, как растет и крепнет симпатия. Чарли не стал исключением – подобно всем нам он оказался бессилен перед чарами девочки. Две секунды у него на руках – и все, он покорен навеки.
– Можно я завтра опять загляну?
– Конечно, пап. Заезжай. Мы тут.
– Да уж, пожалуйста, – сурово попросил Чарли, хотя тон его совершенно не вязался с нежным взглядом, направленным на Ренесми. – До завтра, Несси.
– Ну, ты хоть не начинай!
– А?
– Ее зовут Ренесми. Рене плюс Эсми. Без уменьшительных. – Я попыталась успокоиться, не делая глубоких вдохов. – Хочешь знать, какое у нее второе имя?
– Конечно.
– Карли. Через «к». Карлайл плюс Чарли.
В уголках папиных глаз лучиками разбежались морщинки, и неожиданная улыбка озарила лицо.
– Спасибо, Беллз!
– Это тебе спасибо, пап. Все так резко и стремительно изменилось. Голова до сих пор кругом идет. Если бы не ты, не знаю, как бы я еще сохраняла связь… с реальностью. – Чуть не сказала «с собою прежней». Не надо взваливать на папу слишком много.
У него снова заурчало в животе.
– Езжай, поешь, пап. Мы никуда не денемся. – Я вспомнила свои чувства после первого неловкого погружения в фантастический мир – кажется, что все исчезнет с первыми рассветными лучами.
Кивнув, Чарли неохотно отдал Ренесми, и взгляд его скользнул в ярко освещенную комнату. С минуту он, округлив недоуменно глаза, наблюдал за происходящим. Никто и не думал разбредаться – кроме Джейкоба, который, судя по звукам, опустошал холодильник на кухне. Джаспер положил голову на колени Элис, уютно устроившейся у подножия лестницы. Карлайл уткнулся носом в какую-то толстенную книгу. Эсми, мурлыча себе под нос, набрасывала что-то в блокноте, а Розали с Эмметтом выкладывали под лестницей фундамент для огромного карточного дома. Эдвард переместился за рояль и наигрывал негромкую мелодию. Никаких признаков вечера – того, что день клонится к концу, что пора ужинать и готовиться ко сну. Каллены ослабили конспирацию, чуть приподняли завесу перед Чарли, и он чувствовал эту неуловимую перемену.
Поежившись, папа со вздохом покачал головой.
– До завтра, Белла. – Потом добавил, сдвинув брови: – Я не в том смысле, что ты какая-то не такая. Ты отлично выглядишь. А я привыкну.
– Спасибо, пап.
Кивнув, Чарли задумчиво двинулся к машине. Я смотрела, как он выезжает, но только услышав шорох шин по асфальту, осознала, что у меня получилось. Весь день находясь рядом с Чарли, я его и пальцем не тронула! Сама, без поддержки. Наверное, у меня действительно сверхспособность!
Даже не верится… Неужели в придачу к новой семье я получила возможность сохранить хотя бы часть прежней? Неужели еще накануне я думала, что лучше вчерашнего дня нет и быть не может?
– Ух! – прошептала я. И моргнув, почувствовала, как растворяется третья пара контактных линз.
Рояль умолк, руки Эдварда легли мне на талию, а подбородок – на плечо.
– Я первый хотел это сказать.
– Эдвард, у меня получилось!
– Получилось. Просто невероятно! Столько волнений из-за «новорожденного» периода, а ты раз – и его перескакиваешь. – Он тихонько рассмеялся.
– Я уже сомневаюсь, что она вообще вампир, не то что «новорожденный», – подал голос Эмметт из-под лестницы. – Такая паинька.
В ушах снова зазвучали все двусмысленности, которые он себе позволял – при папе! В общем, хорошо, что рукиу меня в тот момент были заняты Ренесми. Хотя удержаться от хищного рыка все же не удалось.
– Ой, боюсь-боюсь! – рассмеялся Эмметт.
Я зашипела, и Ренесми шевельнулась у меня на руках. Поморгав, она в недоумении оглянулась по сторонам, потом, посопев носом, потянулась к моей щеке.
– Чарли завтра вернется, – успокоила я.
– Отлично! – отозвался Эмметт. Теперь его смех подхватила и Розали.
