– Недальновидно, – упрекнул его Эдвард, протягивая руки, чтобы забрать у меня Ренесми. Увидев, что я не решаюсь, он подмигнул, и я, все еще в сомнениях, покорилась.
– Что недальновидно? – не понял Эмметт.
– Глупо, ты не находишь, нарываться на конфликт с самым сильным в семье вампиром?
Эмметт презрительно фыркнул, запрокинув голову.
– Тоже мне!
– Белла! – вполголоса позвал Эдвард на глазах у обратившегося в слух Эмметта. – Помнишь, несколько месяцев назад я просил оказать мне одну услугу, как только станешь бессмертной?
Что-то смутно знакомое. Я прокрутила в голове покрытые туманом человеческие разговоры. И ахнула, вспомнив.
Элис рассмеялась звонким заливистым смехом. Из-за угла высунул голову Джейкоб – с набитым ртом.
– Что такое? – прорычал Эмметт.
– Точно? – переспросила я Эдварда.
– Поверь мне.
Я глубоко вдохнула.
– Эмметт, как насчет небольшого пари?
Он с готовностью вскочил на ноги.
– Отлично! Давай.
Я на мгновение прикусила губу. Эта груда мышц…
– Конечно, если трусишь… – начал Эмметт.
Я расправила плечи.
– Мы. С тобой. Будем бороться на руках. За обеденным столом. Сию секунду.
Улыбка Эмметта растянулась до ушей.
– Белла, – поспешно предостерегла Элис, – Эсми очень дорожит этим столом. Антиквариат, как-никак.
– Спасибо! – одними губами поблагодарила Эсми.
– Ничего страшного, – сияя, успокоил Эмметт. – Прошу вот сюда, Белла!
Я проследовала за ним через заднюю дверь к гаражу. Остальные не отставали. На берегу, среди россыпи камней торчал большой гранитный валун – к нему-то Эмметт, похоже, и вел. Неровный, чуть округлый камень вполне годился для состязания.
Поставив локоть на гранитную поверхность, Эмметт жестом пригласил меня. При виде бугрящихся мышц меня снова охватили сомнения, но я не подала виду. Эдвард уверял, что какое-то время я буду сильнее любого из них. Внутренне я себя так и ощущала. «Настолько?» – усомнилась я, глядя на мощные бицепсы Эмметта. Впрочем, мне едва исполнилось два дня, это что-нибудь да значит. С другой стороны, вдруг общие правила не для меня? Вдруг я гораздо слабее, чем положено новоявленному вампиру? И поэтому так легко себя контролирую?
Стараясь казаться невозмутимой, я поставила локоть на гранит.
– Значит так, Эмметт. Если побеждаю я, ты больше ни словом не обмолвишься о моей сексуальной жизни. Никому, даже Роуз. Никаких намеков, никаких подколок – ничего.
Эмметт сощурился.
– Идет. Но если побеждаю я – держись, будет в сто раз хуже.
Я задохнулась от возмущения, и на его губах заиграла саркастическая ухмылка.
– Уже стушевалась, сестренка? – поддел Эмметт. – Не пылкая ты у нас? Домик небось целехонький стоит, нигде ни царапины… Тебе Эдвард не рассказывал, сколько мы с Роуз домов по камешку развалили?
Скрежетнув зубами, я обхватила его широкую ладонь.
– Раз, два…
– Три! – прохрипел он и налег на мою руку.
Рука не дрогнула.
Я чувствовала, как он старается. Вампирскому мозгу разного рода подсчеты давались без труда, поэтому я мгновенно вычислила, что без моего сопротивления ладонь Эмметта уже ушла бы в каменный валун. Он надавил сильнее. Интересно, с чем можно сравнить такую силу? С грузовиком цемента, катящимся под гору на скорости шестьдесят пять километров в час? Восемьдесят? Сто? Больше?
А рука не шелохнулась. Эмметт давил на нее с сокрушительной силой – а мне было не больно. Наоборот, даже радостно как-то. С прошлого пробуждения я старалась двигаться с оглядкой, чтобы ничего не сломать. Теперь наконец можно поиграть мускулами. Дать силе выход, вместо того чтобы мучительно ее сдерживать.
Эмметт захрипел от натуги, наморщил лоб и всем телом налег на мою неподвижную руку. Я позволила ему попыхтеть и попотеть – образно говоря, – наслаждаясь кипящей в мышцах сумасшедшей силой.
Через несколько секунд мне, правда, надоело. Я напрягла руку. Эмметт уступил на пару сантиметров.
Я рассмеялась. Эмметт грозно зарычал сквозь оскаленные зубы.
– Не распускай язык! – напомнила я и припечатала его руку к гранитной поверхности.
Между стволами деревьев пошло гулять эхо от оглушительного треска. Валун дрогнул, от него по невидимой линии раскола отвалился кусок – примерно в одну восьмую общей массы. Он ухнул прямо на ногу Эмметту, и я задохнулась от смеха. Джейкоб с Эдвардом тоже не удержались от сдавленного хохота.
Кусок гранита Эмметт отфутболил на тот берег. На лету камень расщепил стволик молодого клена и рухнул прямо на комель огромной ели, которая, закачавшись, повалилась на соседнюю.
– Реванш! Завтра!
– Сила так быстро не уйдет, – предупредила я. – Может, через месяц.
– Завтра! – сверкнув зубами, прорычал Эмметт.
– Ради тебя – все что угодно, братишка!
Уже развернувшись, чтобы уйти, Эмметт вдруг стукнул по валуну кулаком, вызвав лавину щебня и гранитной пыли. Мило так, по-детски.
Завороженная неоспоримостью своего превосходства над самым сильным из всех известных мне вампиров, я положила руку с растопыренными пальцами на камень. И медленно запустила их в гранит – скорее, сминая и кроша, чем вгрызаясь. По плотности валун оказался как твердый сыр. Вскоре я держала горстку щебня.
– Круто! – вырвалось у меня.
