За окном наверняка темно и холодно. Вставать и идти куда-то совершенно не хотелось. Хотелось снова завернуться в покрывало и уснуть. И не надо ему никаких раутов, никакого наследства, за которое могут грохнуть. Не хочется ничего решать. Что он, работу себе не найдет? Друзья помогут… В конце концов, он ведь может продолжить работу по возвращению прав рабам!
Сжал обеими руками голову.
Нет, не может. Плевать ему на рабов. И вообще – после предательства человека, который был ему, Охитеке, обязан свободой, он предпочтет, чтобы эти твари так и сидели в грязи, в которой им самое место! В кандалах и за решеткой. Исполнять чужие приказы, жить так, как велят, жрать, что дают – именно то, чего заслуживает каждый раб!
И работать каким-нибудь подметальщиком, или даже барменом, он не собирается. У него есть состояние и бизнес, оставленный предками! Он – чистокровный нэси в одиннадцатом поколении. И он вернет себе звание одного из самых влиятельных существ на трех континентах.
Нэси резко откинул покрывало и встал. Потянулся, подпрыгнул пару раз, чтобы разогнать кровь. Что там Кэтери болтала про завтрак? То, что сейчас будет как нельзя кстати.
После завтрака Хинто принес странный агрегат, не похожий ни на что, виденное Охитекой раньше. Не то трубка для выдувания стрелок, какими пользовались охотники в глубокой древности. Не то арбалет странной конструкции. Что примечательно – очень компактный, куда меньше принесенного Охитекой оружия.
- На собрание запрещено проносить оружие кому бы то ни было, - проговорил он. – Всех без исключения проверяют металлодетектором. Но этот самострел сделан из дерева и кости – система его не заметит. А вам пригодится – мало ли, что. Запасных зарядов немного – но, надеюсь, вам хватит. Если что-то случится – наш дом открыт для вас, - прибавил он.
Уезжали на вызванном народным представителем такси. Охитека задумчиво глядел в окно по дороге, раздумывая, чем был вызван порыв великодушия. Привязанностью к племяннице – или страхом и желанием отделаться поскорее от незваных и неудобных гостей? И, возможно, надеждой, что их так просто не отпустят. По крайней мере, его. Слова по поводу открытого для них дома казались, как минимум, подозрительными.
Кэтери сидела мрачная.
До сих пор злится за то, как он обошелся с семьей ее родственника? Или нервничает по поводу предстоящего появления в свете?
Убраться-то оттуда будет проблемой!
Совет трех континентов традиционно собирался в одном из самых помпезных зданий центра города – Выставочном центре напротив муниципалитета. Просторные помещения как нельзя лучше подходили для сбора большого количества людей.
Здания разделяла обширная площадь, да и вокруг Выставочного центра Уру находилось пустое пространство. Даже со стороны подъездных дорожек – никакого укрытия. Не спрячешься. С площади убегали несколько широких проспектов. Вид величественный и помпезный, ничего не скажешь. Прекрасное место для гуляний. Но отвратительное для спешного бегства.
Не сумеют они с Кэтери заручиться поддержкой собратьев по расе – и им вряд ли удастся уйти. Да, с крыши их не подстрелят – подходящие для этого крыши находятся далеко. Но за ними можно будет просто пройти и, выбрав пустынное место, убить.
А собрание закончится в самом конце нынешнего оборота – если не в начале следующего. Когда город заснет, а центральные улицы останутся пустынны.
Появление двух пропавших наследников почивших глав корпораций вызвало заметный ажиотаж среди собравшихся. Собравшиеся кучками нэси оглядывались, чуть слышно перешептываясь.
- Никогда не любила такие сборища, - шепнула Кэтери недовольно.
- Не ты одна, - буркнул Охитека.
Он настороженно оглядывался по сторонам, сам себе напоминая нахохлившегося птенца утки, угодившего в компанию гордых лебедей. Неуклюжий, пугливый и неуместный. Подозрительно приглядывающийся к окружающим и ожидающий, что его вот-вот заслуженно выгонят прочь. Потому что ему здесь не место.
Подходить к ним никто не решался. Диаспора нэси представляла собой закрытый мирок, но внутри их сообщество было полно противоречий и разногласий. Слишком надменные и богатые, и каждый из них постоянно находился настороже, боясь, что кто-нибудь из сородичей вздумает откусить кусок от его состояния. Именно это отталкивало Охитеку всегда от собратьев по расе. Их жизнь строилась на трусости, жадности, косности и вечной боязни вырождения.
Впрочем, именно на этих свойствах натуры нэси Охитека намеревался сыграть. Они с Кэтери – наследники двух древних уважаемых родов. Двух огромных состояний. И еще – они носители генов малочисленной расы нэси.
Рассчитывал Охитека и на то, что другие толстосумы испугаются, что их ограбить по одному сумеют так же легко, как пытаются сделать это с двумя из диаспоры. Поэтому он заставил себя выпрямиться и начать улыбаться встречным, приветствуя тех, кого знал. Те растерянно здоровались в ответ. Кэтери тоже кивала встречным, иногда перекидываясь с кем-нибудь парой фраз. Задавать им вопросы, что произошло с ними после гибели родителей, никто не решался.
