— Думаете — а не прохлопали ли это чудное заведение ваши недруги? — Лэнса сощурился. — И нужно ли оно им вообще — потому как публичный дом уж точно не может быть связан с ядерными проектами? Да и особого влияния на общественность одиночное заведение не окажет.
— Ну, я бы туда наведался.
— Неожиданная идея, — протянул задумчиво Лэнса. — И, признаться, странная. На первый взгляд выглядит сомнительно. Но чем генетик лысый не шутит! Глядишь, что и найдете там, — он помолчал. — А куда идет прибыль оттуда? К слову, — тут же перебил он сам себя. — Вы не хотите появиться еще на нескольких раундах Совета? А то наследник, который появился один раз, оформил документы и исчез — это не слишком правильно.
— Да что там делать?! — возмутился Охитека. — Мы были уже там. И ничего не узнали!
— И не узнаете. Вы что, рассчитывали за один прием найти все ответы и помощь? Зря. То, что мне оказалось выгодно помочь вам — так это случайность. Словом, это не обсуждается. На следующий раунд сбора Совета мы едем все! По отдельности.
— То есть? — Охитека нахмурился — последние слова его озадачили.
— Возвращаться мы, скорее всего, будем вместе — это уже не столь важно. Но появляться дружной компанией не стоит, — пояснил Лэнса.
— Не хотите афишировать.
— Не хочу. Я вообще считаю, что если нет необходимости что-либо афишировать, то делать этого и не стоит.
— Я бы вообще туда не таскался, — проворчал Охитека.
Не хотел признаваться вслух, но перспектива снова появиться на собрании Совета вызывала у него нервную трясучку.
— В этот раз моя охрана будет следить за нами за всеми, — напомнил Лэнса.
— Это не утешает, — он поморщился. — В прошлый раз…
— Да, в прошлый раз вы произвели фурор, — тот перебил его. — О вашем появлении на собрании Совета в определенных кругах до сих пор гудят. Не ожидали от вас такой прыти, — усмехнулся криво. — В этот раз остерегутся лезть напролом.
Фурор он произвел. Охитека с трудом сдержался, чтобы не скривиться. Может, кое-кто среди тех же мажоров-нэси и считал его отморозком. Но шагать через трупы ему не понравилось.
— Считаете, искать поддержку на Совете бессмысленно?
— У всех свои заботы, — Лэнса помотал головой. — В таких случаях рассчитывать лучше на себя.
— Ну, нам-то с Кэт сейчас приходится рассчитывать на вас и вашу добрую волю.
— Моя добрая воля объясняется просто: я в таком же положении, как и вы! Нет, искать союзников среди наших сородичей глупо. Все заняты своими проблемами.
— Итак, наши ближайшие планы — очередной раунд Совета, публичный дом, собрание социалистов, — перечислил Охитека. — И когда очередное собрание?
— Ну, в текущем обороте мы уже не успеем, да и делать там нечего. И вам с Кэтери стоит отдохнуть, хватит с вас потрясений. А вот на следующий раунд едем обязательно. Ядерный вопрос вроде как уладили, но предстоит еще ряд обсуждений, — Лэнса поднялся с ручки кресла. — Я перекинул вам на компьютер проекты, которые будут обсуждаться на ближайших собраниях. Просмотрите обязательно! Я отметил, за какие решения вам с Кэтери следует голосовать, — прибавил он. — Сейчас, извините, оставляю вас: дела! — с этим он вышел.
Охитека запустил пятерню в волосы.
И пункты, за которые следует голосовать, отметил! Славное дело. Купил почтенный господин Лэнса их с Кэт с потрохами. И не рыпнешься!
Есть у него связи и возможности, чтобы помочь им вернуть свою собственность! Ага, как же. Нет, на то, чтобы их всех не прихлопнули, возможностей Лэнсы и правда хватает. Но этого мало! А когда все решится — разве что Спящий ведает.
Кэтери еще спит. Пусть отдыхает! Нынешняя доля суток у них свободная. Потом придется появиться на собрании Совета. Потом…
И свои компании они тоже вернут потом. Охитека подошел к панорамному окну, прижался лбом к стеклу. Зажмурился.
Когда оно наступит, это потом? Лэнса ясно дал понять — возможности выбить оккупантов из штаб-квартиры его корпорации, тем более — с заводов, у него нет. И к кому обратиться — он не знает. О найме сторонней охраны речи не идет.
За окном царила чернота, расцвеченная мириадами ярких пятен фонарей, подсветки, рекламы и фарами мчащихся авто и флайеров. Реки светящихся фар внизу, на наземных дорогах. И стремительные яркие росчерки, то и дело мелькающие меж небоскребов, на уровне между пятнадцатым и сороковым этажами. Низкие тучи, висящие обыкновенно зимой над Уру, рассеялись, и небо сделалось глубоким и непроглядным. От этого казалось, что огни города не делают пространство вокруг светлее, а наоборот — сгущают мглу зимней ночи. И места, до которых лучи искусственного света не доставали, казались бездонными ямами.
В какой из этих ям прячутся те, кто стоит за творящимся на трех континентах? Лэнса сказал — каша заварилась в середине осени.
Сам он в середине осени ничего не подозревал и не замечал. Среди социалистов никаких слухов не ходило. Уж наверняка и обыватели ничего не замечали. Да что там — они по сей день наверняка ничего не замечают. А с чего бы? Разборки среди денежных воротил людишек не интересуют. На их личные дела передел крупных состояний между олигархами никак не влиял.
